Конечно, это была ложь. Не алгоритм, а память. Знание будущего. В каждом имени, в каждом тикере Платонов уже видел исход.
— Посмотрим список, — произнёс он.
Гонсалес, словно ждал этого сигнала, распахнул папку. На стол легли документы, пахнущие свежей типографской краской. Шорох страниц разрезал тишину.
— Три миллиарда — на инфраструктуру, — сказал Платонов, обводя пальцем цифры. — Это основа.
На январь пятнадцатого акции Nvidia стоили меньше пяти долларов. Мелкая компания на периферии рынка, никому не нужная. Но именно она станет сердцем будущего — тем самым двигателем, который заставит искусственный разум вращаться быстрее света.
И это было только начало.
Среди строк инвестплана мерцали названия, которые пока мало кому что говорили: Databox и Snowplace. Маленькие компании, прячущиеся в тени гигантов, словно молодые деревца под кроной старого леса. Через десять лет каждая из них превратится в колосс стоимостью свыше сорока миллиардов долларов. А сейчас их можно было забрать целиком — за какие-то двести пятьдесят и триста миллионов. Почти даром.
Пахло бумагой и тонером, когда страницы с цифрами перелистывались в руках Гонсалеса. Металлический привкус от стального зажима на папке отдавался холодом в пальцы.
— Ещё три миллиарда — в компании на стыке ИИ и медицины, — произнёс Сергей Платонов, глядя на таблицу, где ровными рядами стояли строчки: Deepgenome, Relay Pharma.
Deepgenome — будущий властелин геномной аналитики, пока стоил всего полмиллиарда. Relay Pharma, корпорация, что когда-то создаст лекарства, подстраивающиеся под строение белков, тоже оценивалась лишь в пятьсот миллионов. Самое время собрать эти жемчужины с песка, пока они не превратились в алмазы.
Если бы всё ограничивалось жаждой прибыли, жизнь была бы проще. Но за цифрами и схемами пряталась иная цель — не деньги, а лечение. Ради неё предстояло взбираться выше, туда, где воздух редкий, а путь к спасению напоминает горный перевал.
— Последние полтора миллиарда — самые важные, но…
Фраза оборвалась: стюардесса подошла к креслу, склонилась вперёд, её голос утонул в мягком шуме турбин.
— Господин Платонов, скоро посадка в Филадельфии.
Взгляд скользнул к часам — стрелки уверенно подползали к отметке сорок минут полёта.
— Остаться с вами? — спросила Крейн, поднимая голову.
— Нет. Возвращайтесь в офис, займитесь всем, о чём говорили сегодня. Остальное обсудим через два дня.
— Через два… — Она на мгновение задумалась, прищурилась. — Это что-то важное?
— Можно сказать и так.
— Филадельфия… Речь идёт об RP Solutions? — в голосе зазвучало профессиональное чутьё.