К жене он приехал с тяжёлым сердцем и угрюмым выражением лица.
И как ни хотел продолжить их невинные встречи, в которых можно не касаться прошлого, не мечтать о будущем, настоящего было не избежать.
— Говори, — закрыла она дверь в кабинет. Объяснять ей ничего не требовалось.
Разговор был долгий, про Артёма, про Ульяну, про Марину, её отчима, про человека, которого она оставила без глаза. Нестеров не сглаживал углы, разве что не рассказывал некоторые подробности, которые не так уж были и важны.
— Может, тебе поговорить с Даниловским? — спросила жена выслушав.
Евгений едва сдержался, чтобы не заскрипеть зубами.
— Я уже с ним говорил. Что нового он мне скажет? Они даже дело не завели, Оль, за отсутствием состава преступления, или как они там это хитро формулируют. Он просто подался на твои уговоры и занимается расследованием неофициально. Уверен, по голове его за это не погладят. Другое дело, когда девчонку подадут ему на тарелочке с голубой каёмочкой.
— Поджаренную до румяной корочки, — усмехнулась она.
— Ну, решение за тобой, — напомнил Нестеров.
— А что ты будешь должен отдать взамен?
— Не отдать, получить, — слукавил он. — Свою компанию.
Жена оценила его сканирующий взглядом и без труда уловила фальшь.
— Наверняка же в этой сделке есть какой-нибудь подвох, — прищурилась она.
— Наверняка, — кивнул Нестеров. — В каждом договоре обязательно что-нибудь написано мелким шрифтом. Но предоставь это мне. Тебе просто надо выбрать.
— Красную пилюлю или синюю? — усмехнулась она. — А если я решу — пусть живёт? Не нужна она мне за решёткой?
— Значит, так и будет.
— Ей расскажут о моём великодушии, и на этом всё закончится?
— Очень на это надеюсь.
— Ты же знаешь, что не умеешь врать? — смотрела она на Нестерова.
— Умею, — улыбнулся он. — Но не тебе.
— Ну что ж, — выдохнула она. — Если так надо, чтобы она села, тогда я согласна. Так и передай Пирату, лично, с глазу на глаз.
Нестеров тихо рассмеялся. Одноглазый явно оценит шутку, но его жена всегда была язвой.
— Хорошо, — выдохнул он.
Легче, конечно, не стало. Но, по крайней мере, худшая часть разговора была позади.
— Значит, Райского отравили? — включила чайник Ольга.
— Может, лучше поедем где-нибудь поедим? — посмотрел на часы Нестеров.
— Не могу, Жень. Сегодня никак. Надо закончить работу. Боюсь, мне и так сидеть до утра.
— Ладно, давай чай, — согласился он. — Да, Райского отравили.
— А Вера там была? У него? Когда ты приехал?
— Не знаю, я никого не видел, ни Веру, ни Олесю.
— Надо бы ей позвонить, — кивнула Ольга задумчиво.
Разлила по чашкам чай. Достала свой обычный «рабочий» набор»: сухарики, печенье, мармелад. Нестерову отдала недоеденный бутерброд, сама ограничилась горсткой изюма с орехами.