«Спаси! Спаси меня!» — чужой голос пронзил сознание. Он точно исходил от
ужасного создания.
Я запнулась о корень и упала спиной на сырую траву. Дракон вмиг оказался рядом
и клацнул зубами прямо перед моим лицом, но не стал кусать. Он замер.
Посмотрел своим единственным здоровым глазом.
Сердце забилось где-то в горле. Я начала лихорадочно отползать назад. Зверь
шагнул за мной, тяжело дыша горячим, зловонным воздухом. Он просто следовал,
словно ждал ответа. Будто надеялся, что я вдруг встану и начну его… спасать.
— Спасти? — спросила я вслух. В подобных обстоятельствах слишком туго все
доходило до сознания. Хотя странно было бы реагировать моментально и
правильно, учитывая, сколько безумия творилось вокруг. — Я обычный человек.
Я не могу тебя спасти. Да тебя уже не спасти, драконище!
Зверь ткнулся носом мне в живот и фыркнул. От этого толчка я едва не закричала
от ужаса и перекатилась на бок.
«Спаси», — повторил, будто знал только одно это слово.
— Отстань от меня! — выпалила я, отползая дальше.
Паника постепенно сменялась раздражением и полным непониманием. Почему он не
нападал? С какой стати просто следовал за мной, как огромная, несчастная
собака?
Я вдруг провалилась рукой и обнаружила за собой небольшой обрыв, поросший
кустами. Решила резко вскочить и рвануть к спасительному укрытию, которое
пока взглядом не нашла, но не успела даже подняться — дракон оказался рядом.
Какой проворный!
Пришлось снова отползать. Я скатилась по мягкому мху, сгруппировавшись в
последний момент.
Зверь не заметил обрыва из-за густой растительности. Он тоже полетел вниз, но
приземлился на голову и проехался вперед, растопырив крылья. Издал забавный
звук, отдаленно похожий на стон.
Это выглядело необычно.
Комично даже…
Я мотнула головой, окончательно теряясь, ведь дракон — это грозное существо,
особенно такой, весь израненный, а тут… как малое дитя.
Он перекатился на бок и попытался встать, но лапа провалилась в щель,
оказавшуюся стыком каменных плит. Зверь заметался из стороны в сторону,
захлопал крыльями.
Сердце все еще бешено стучало в груди, но теперь я не пыталась бежать. Он
выглядел жалко. Огромный, изуродованный, застрявший в яме.
И тут меня осенило. Дракон. Передо мной дракон! Мне нужно было прикоснуться к
нему, чтобы проверить, не полукровка ли я. Вот же он, прямо здесь, почти
обездвиженный. Судьба, что ли, так насмехалась?
Над городом-ущельем творился жуткий хаос. Небо полыхало разноцветными
всполохами, доносился непрекращающийся рев и грохот. Но здесь я находилась
одна с застрявшим существом.
Я медленно поднялась, отряхнула штаны. Дракон перестал дергаться, уставившись
на меня.
— Ладно, — сказала осторожно, делая шаг вперед. — Давай, огромный и страшный,
попробуем договориться. Я, может, и не страж, чтобы находить общий язык с
вашей братией, но предлагаю подружиться. Хотя бы на пять минут. Ты же умеешь
только одно слово говорить? «Спаси»? А как ты вообще со мной разговариваешь?
Почему я тебя слышу?
Он фыркнул, из ноздрей вырвалось облачко пара.
В небе что-то громыхнуло. В каких-то ста ярдах от нас в деревья свалилась
подпаленная туша. Послышался треск ломающихся стволов. Я вздрогнула и
вспомнила — времени совсем нет. Коэн где-то там, в самом сердце этого
безумия. Мне нужно было его найти, а не вести задушевные беседы с одноглазым
чудищем.
Я решительно протянула руку к расправленному крылу. Просто дотронуться. Может
быть, этого хватит для того, чтобы понять, полукровка я или нет. Все-таки не
верилось в слова генерала, ведь что-то со мной творилось!
Но в этот момент подул сильный, порывистый ветер. Он принес с собой странный
запах — горьковатый, травянистый, немного ядреный. Что-то вроде полыни,
смешанной с горелой серой.
Дракон замер. Его ноздри расширились, он начал глубоко, шумно втягивать воздух.
Раз. Два. Единственный зрачок резко заполнил почти все золотое поле глаза.
Исчезла растерянность, пропало даже миролюбивое наблюдение за моими
попытками приблизиться.
Взгляд стал яростным.
Он дико зарычал, клацнул зубами — теперь уже с явным намерением разорвать меня
на мелкие ошметки. Дернулся с новой, бешеной силой, обещая вот-вот выбраться
на свободу из ловушки каменных плит.
Рядом грохнулись дерущиеся туши. Они проехались несколько ярдов, взрыли землю.
За ними более мягко приземлился еще один дракон и сразу примкнул к драке.
Правда, звери вдруг почуяли меня. Разом повернулись в мою сторону.
Ледяная волна ужаса прокатилась от пяток до макушки.
Я подпрыгнула на месте.
Бежать!
Мой взгляд метнулся к той самой яме, где застряла лапа изуродованного зверя,
потом ко входу, ведущему в город. До него было слишком далеко, мне не
добраться. Вопреки здравому рассудку, я ринулась к одноглазому существу, с
удивительной для себя прытью пригнулась, уворачиваясь от клацающих зубов,
проехала вперед и проскользнула в достаточно узкую щель.
Внутри оказалось тесно. Темно. Снаружи послышался яростный рев, скрежет когтей
о камень. Они будто затеяли очередную драку. То ли так сильно огорчились,
что живое лакомство вдруг исчезло, то ли просто ничего другого не умели —
только рвать и метать, кромсать друг друга.
Я забилась глубже в щель. В памяти пронеслись слова Арвина: «Притворись камнем.
Не дыши. Не шевелись».
Вверху, над моим укрытием, все гремело и рушилось. Застрявшая лапа дергалась,
все еще пытаясь вырваться на свободу. Я зажмурилась и попыталась слиться с
окружающей тьмой, стать невидимой, неслышной. Пусть они самоустранятся. Я
просто пережду. Я выживу. Должна выжить ради любимого, ради своего будущего.
Мысль о Коэне кольнула сердце острой болью. Хотелось бы побежать за ним и
помочь, вытащить из западни. Но что я могла? Одна, безоружная, без магии
против полчища взбешенных драконов. Я была букашкой. Крупинкой. И все, что
оставалось этой крупинке, — затаиться и надеяться, что буря пройдет мимо, а
муж… как-то справится.
Он справится.
— У него нет выбора, — одними губами произнесла я, не пуская в голову тяжелые
мысли.
Устроилась немного поудобнее и даже смогла сесть. Обхватила колени руками,
прижала к груди. Не шевелилась, старалась дышать тихо-тихо. Шум битвы
наверху то стихал, то разгорался с новой силой. Казалось, прошла целая
вечность. Небо за узким входом в мое убежище продолжало полыхать багровым и
ядовито-зеленым, порой голубым.
— Переворот, — шептала про себя, размышляя над этим чудовищным словом.
Видя отблески бойни в небе, оно обретало жуткий смысл. Кто-то специально
использовал праздник драконов, которые слетелись в одно место. Кто-то
выпустил этот странный дурман, превращающий зверей в безумных убийц. Кто-то
вздумал уничтожить дракониров, пока они все собрались в столице. Кто-то
собрался разрушить саму империю.
А я, Лайра, бывшая сестра из монастыря Айраны, новоиспеченная лордесса
Воттанских земель, просто сидела в дыре под двумя каменными плитами и ждала,
когда этот кошмар закончится. Потому что больше ничего не могла.
На что способна крупинка?
Ей не всколыхнуть океан.
Я выползла из укрытия только тогда, когда небо стало светлеть, окрашиваясь в
грязно-серые тона. Грохот и рев давно стихли, сменившись зловещей, давящей
тишиной, которую лишь изредка рвали отдаленные, одинокие крики.
Я осторожно высунула голову. Картина разрушения превзошла все мои ожидания.
Половина леса вокруг была повалена, словно срезана гигантской косой. Деревья
лежали, вывороченные с корнем, многие обуглены. Земля была исполосована
глубокими бороздами от когтей и усеяна осколками скал. В воздухе стоял
тяжелый запах гари, крови и того самого странного, травянистого дыма.
Дракона, который преследовал меня, не было видно. Надеюсь, монстры поубивали
друг друга. Правда, мне сразу стало стыдно за собственные мысли, ведь это
живые существа, которых нагло использовали. И не монстры они…
Я выбралась на поверхность, отряхивая с одежды землю и хвою. Ноги дрожали от
долгого сидения в неудобной позе. Я обернулась в сторону города-ущелья.
Никакого движения на самой вершине не наблюдалось.
Коэн…
Весьма вероятно, он полез туда, чтобы отыскать меня. Он мог остаться там,
погребенный…
Я тряхнула головой, отгоняя мрачные картины. Муж выжил. Он лорд, далеко не
глупец и наверняка спасся сам. А мне сейчас нужно сделать то же самое.
Убежать подальше от столицы, найти лошадь и добраться до Воттана.
Я повернулась и побрела по склону в том направлении, куда указывал генерал.
Ноги подкашивались, тело ломило от усталости. Я шла, почти не видя дороги,
спотыкаясь о ветки и камни. Лес постепенно редел, сменившись каменистыми
холмами, поросшими жесткой травой.
И вот, поднявшись на очередной пригорок, я увидела телегу. Простую,
деревенскую, запряженную усталой лошадкой. А рядом — мужика в потертой
кожанке, который стоял, почесывая затылок, и смотрел на что-то, лежащее
перед ним.
Я обрадовалась, но потом разглядела детали. Темно-синий, порванный в клочья
камзол. Смуглые руки, забрызганные почти черной кровью. И крыло. Одно,
огромное, кожистое крыло, беспомощно распластанное на земле, дырявое в
нескольких местах.
— Ваша светлость! — вырвалось из моей груди.
Я бросилась вперед, не чувствуя под собой ног, споткнулась. Поднялась, снова
побежала и упала на колени прямо рядом с дракониром.
— Умер он, — равнодушно констатировал мужичок, не отрывая взгляда от тела. — Я
мимо проезжал, возвращался с ночной ловли. Хотя какая там ловля, да? А он
тут. Ни жив ни мертв, лежит.
Я не слушала. Обхватила лицо Арвина ладонями. Кожа была холодной. Его веки были
закрыты, губы белели.
— Ваша светлость! — крикнула я еще раз, отчаянно похлопывая по щеке. —
Проснитесь! Вы же обещали догнать! Обещали!
Его ресницы затрепетали. С огромным усилием драконир приподнял веки. Янтарные
глаза нашли мое лицо. В их глубине что-то мелькнуло — слабая искра
узнавания, облегчения, той самой насмешки.
Уголки его губ дрогнули, пытаясь сложиться в улыбку.
— Ромашка… — прошептал он, едва слышно.
И глаза снова закрылись. Голова безвольно откинулась назад.
Во мне поднялась жгучая волна гнева. Нет. Нет, нет, нет! Он не умрет. Я не
позволю!
Посмотрела на мужичка. План действий сложился моментально. В моем взгляде
должно было отразиться что-то такое, из-за чего он сразу насторожился.
— Генерал не умер, — сказала я, и мой голос прозвучал низко и твердо, не
оставляя места для сомнений. — Он жив. А теперь помогите мне погрузить его
на вашу телегу. Немедленно. Вам нужно отвезти нас к ближайшему лекарю. К
тому, кто умеет лечить не только людей. Сейчас же!
Мужичок заморгал, ошарашенный такой настойчивостью со стороны перепачканной
землей девушки в нелепой одежде. Но что-то заставило его послушно кивнуть.
— Ладно-ладно… Деревня недалеко, в часе езды. Там бабка Агата, она травница.
Только она дракониров-то вряд ли…
— Везите! — перебила я его, уже хватая Арвина под мышками. — И помогите
поднять! Быстрее!