Нет, это не могло происходить наяву. Такого просто не случается, чтобы пережить
определенный отрезок времени, пропусти каждое действие через себя, а потом
вернуться назад. Значит, видение. Очень яркое, очень подробное, от которого
до сих пор тряслись руки. Но зачем мне все это? Зачем пришлось пережить
падение, боль, страх и… его?
Я позволила леди Мевис подхватить меня за локоть. Позволила тащить из зала,
словно провинившуюся собаку, снова выслушивала ее ворчание и молчала. Мысли
путались, цеплялись за обрывки воспоминаний. Темная пещера. Кровь драконира.
Голос, который шептал «не оглядывайся». И ощущение, будто внутри что-то
утекло вместе с его укусом.
В главном коридоре мы снова почти столкнулись с самими повелителями мира.
Трое. Ощущения были точь-в-точь как в видении.
Взгляд императора скользнул по мне рассеянно, как по мебели. Второй мужчина
даже на миг не задержался. Но генерал… Самый молодой из них, Арвин, смотрел
дольше остальных. Его янтарные глаза, с узкими вертикальными зрачками,
остановились на моем лице. Не на платье, не на пятне, а именно на лице. Он
будто вглядывался, что-то выискивал. И в этом всем не было ледяного
презрения, видимо, не родилось еще. Зато присутствовало что-то другое.
Настороженность? Недоумение? Миг — и он отвел глаза, повернувшись к его
величеству, что-то сказал ему тихо.
— Не пялься, — шикнула леди Мевис, дергая меня за руку, и начала проговаривать
уже знакомое недовольство, не скупясь на выражения.
Мой разум цеплялся за недавнее наблюдение. То ли это точное повторение видения,
в котором я просто улавливала мелкие детали, то ли немного другая
реальность, где…
Матушка Коэна говорила о манерах, а я считала повороты, запоминала коридоры.
Когда мы остановились перед тусклой дверью, что-то во мне наконец щелкнуло.
Уже понятно, что все повторялось. И можно бездействовать, просто идти по
проторенной дорожке.
Или же…
Я выдернула руку из цепкой хватки.
— Я сама, — сказала, и голос прозвучал глухо, но твердо. Мне еще не приходилось
давать отпор матушке Коэна.
— Что? — леди Мевис округлила глаза.
— Я справлюсь с пятном сама. Подождите здесь, пожалуйста.
— Ты с ума сошла, девчонка? Я не позволю тебе…
— Я лордесса Мевис! — перебила ее, хотя в монастыре меня учили терпению,
смирению. Учили кротости и послушанию. Учили тихому спокойствию, которое
способно заглушить любой крик. Вот только здесь не храм, и мое молчание
могло привести к дурным последствиям. Да и… плохая я ученица. — Справлюсь
сама, без вас. Подождите.
Ответ мне не потребовался. Я резко толкнула дверь и сразу захлопнула ее, не
позволив женщине пробраться следом. Заметила защелку, заперлась. Услышала
возмущенный вскрик из коридора.
Не медля, бросилась к клетке из черных прутьев. Маленький дракончик поднял
голову, будто заинтересовался мной. В глазах уже не было безразличного
отчаяния.
— Все хорошо, — бормотала я, выискивая засов. — Сейчас я тебя выпущу, все будет
хорошо…
Из тени отделился тощий мужчина. Я и забыла о давильщике. Его пустой взгляд
уставился на меня, а в руке мелькнул металлический жезл.
Я вцепилась в клетку, чтобы отмахнуться ей от противника, сделать что угодно,
лишь бы он не приблизился. Но она оказалась слишком тяжелой. Я даже со
второй попытки не смогла ее поднять, как вдруг почувствовала чудовищное
жжение в боку, которое быстро распространилось по всему телу.
Это оказалось ужасно. Крик застрял в горле. Я просто рухнула на пол, не в силах
пошевелить конечностями, но чувствуя дикую боль.
Сознание уплывало. Не удавалось издать даже хрип. А вокруг кто-то шевелился,
что-то говорил. Я видела движение, вроде бы понимала происходящее, но не
улавливала суть. Очнулась только спустя время.
— Ну что, — произнесла леди Мевис тихо, низко наклонившись ко мне. — Решила
поиграть в благородство? Пожаловала к дракону в гости без спросу? Ты, грязь,
вытащенная из монастырской вони, решила спасти эту баснословно дорогую
вещицу, которая принадлежит мне?!
Она поправила мои распущенные волосы, которые чудом удалось отстоять, чтобы их
не собрали в мудреную прическу, нахмурилась.
— Я люблю порядок, знаешь ли, деточка. Все должно быть на своих местах. Ты — у
ног моего сына, тихая, покорная и улыбчивая. Будешь день ото дня благодарить
всех за подаренную тебе жизнь, поняла меня? Благодарить и мило улыбаться.
Она выпрямилась и махнула рукой давильщику.
— Очисти ей платье. А потом… Потом я сама займусь ее воспитанием. Нужно будет
подправить кое-что в этой пустой голове. Магией или словами — посмотрим. Но
все будет в порядке. Я приведу все в порядок.
Давильщик сунул жезл между прутьев. Дракончик жалобно взвизгнул, задрожал и
выпустил струйку сизого дыма. Тот коснулся пятна на моем наряде, и оно
начало медленно растворяться.
Я лежала и смотрела, как зверек, выполнив приказ, бессильно опускает голову на
пол клетки. В его глазах не мелькнуло ни злобы, ни страха. В них поселилась
безграничная усталость.
Леди Мевис фыркнула.
— Встань. И постарайся идти ровно. Хотя с твоей-то координацией…
Парализующее действие жезла постепенно отпускало, но тело до конца не
слушалось. Ноги были ватными, в висках стучало. Матушка Коэна грубо
подхватила меня под локоть и почти потащила за собой. Каждый шаг отдавался
болью в онемевших мышцах. Я едва двигалась, цепляясь за сознание, которое то
и дело ныряло в темную муть.
Мы вышли в галерею. И снова три фигуры у дубовых дверей. Синий, бордовый и
зеленый. Три цвета, которые раньше были просто темными, хотя… я просто не
присматривалась.
Мысль, тупая и медленная, проползла в мозгу. Не надо. Лучше не просить о праве
первой ночи. Стоит только вспомнить, что произошло потом, и сразу захотелось
просто оказаться рядом с мужем, под его защитой. Зачем мне лишние
переживания? С ним спокойнее. Если остаться с Коэном, то не произойдет всего
того ужаса, который случился в видении.
Или то было не видением?
Перед внутренним взором пронесся хаос в ночи, дикие всполохи в небе над
столицей империи. Если не предупредить… Я не удержалась, побежала к
драконирам, чтобы попытаться предотвратить ужасное.
— Лайра! — крик матушки Коэна остался позади.
Тяжелые подолы мешали, ноги подкашивались, но я бежала, словно за мной гнался
разъяренный дракон, и теперь мне доподлинно было известно, как это выглядело
на самом деле. А если таких безумных много…
— Ваши милости! Пожалуйста!
Они остановились.
Я в последний момент подумала, стоит ли падать на колени. Прошлого раза
хватило, разве нет? Но ноги подвели, и я просто рухнула, вдобавок упав и на
руки.
— Ваше величество, — выпалила я и вскинула голову. — Позвольте вас
предупредить! Мне нужно рассказать вам об ужасе, который случится в столице!
Я не выду…
Темная тень заслонила от меня императора. Генерал Арвин поморщился, снова
собираясь показать свое презрение. Вот только я решила его не слушать.
Достаточно с меня его фразочек, наслушалась уже!
— Погодите! — вскинула руку, прямо как он пару раз делал в сторону его
величества. И мужчина даже закрыл рот, поразившись моей наглостью. Я же
начала подниматься. — Не надо, знаю я, что сейчас скажите. Я гниль, как
вообще посмела обратиться к императору. Я воняю, от меня несет за версту. Не
надо, — покачала я головой.
За спиной Арвина кто-то фыркнул, скорее всего, пока незнакомый мне драконир.
— Глупая дерзость, — процедил генерал сквозь зубы, — рожденная не из силы, а из
страха. Ты слишком много себе позволяешь, девочка, — наклонился он ко мне,
давя своей аурой, возвышаясь, прижимая к земле.
— Вот неправда! — воскликнула и подалась вперед, оказавшись в паре дюймов от
породистого лица, не собираясь подчиняться и показывать, как он на меня
действовал. Не вспоминая… те наставления, самые последние, произнесенные
хриплым, слабым голосом, чтобы я бежала и не оглядывалась. — Но если и так,
если мной управляет страх, то лучше трусливая смелость, чем бессмысленная
заносчивость. Вы могли хотя бы выслушать, вместо того чтобы сразу нападать.
Несет от меня магией, но это не значит, что гнилая я, что сама заставила
того дракончика очистить пятно, что все произошло именно так, как вы
думаете. Конечно, лучше быть высокомерным придурком и унижать других, вместо
того чтобы просто выслушать!
Наступила глухая тишина. Я задохнулась собственной наглостью.
Сбоку послышались шаги, подкрепленные:
— Охо-хо, кузен, эта девица…
— Молчать! — вскинул генерал руку, не поворачивая головы.
Лицо Арвина стало непроницаемым. Горели только глаза, и это пламя мне очень не
понравилось.
Он начал стремительно наступать. Я попятилась.
— Ваши милости, простите… — залепетала подбежавшая матушка Коэна и запнулась,
потому что драконир вдруг подхватил меня и забросил себе на плечо.
Мир перевернулся. У меня вырвался возмущенный вскрик. Я засучила ногами, стала
колотить кулаками по широкой спине, попыталась вывернуться.
— Арвин, не дури, — раздался спокойный голос императора.
— Брось ее, что ты делаешь? — оказался рядом второй драконир, имени которого я
до сих пор не знала.
— Ваши милости, что же такое происходит? Неужели наша Лайра чем-то сильно
насолила вам? Если так, то слезно умоляю, не гневайтесь. Она вышла из
монастыря, света нормального не видела, манеры у нее не привиты…
Генерал будто не слышал. Он крепко придерживал меня одной рукой и уже шел по
направлению к порталу.
— Скайлар, разберись, — бросил он раздраженно, магией останавливая леди Мевис,
которая бежала за нами.
— Ваши милости, умоляю, остановитесь! — кричала она уже позади. Чуть ли не била
невидимую стену. Потом схватила кузена генерала за руку, повисла на ней. —
Это недоразумение, чистая ошибка! Клянусь вам, все не так, как показалось.
Лайра недалекая, несмышленая… Она просто дурочка, сумасшедшая, небось
наслушалась монастырских сказаний и возомнила себя невесть кем. Пожалуйста,
не губите наш дом из-за какой-то девицы, прошу, мы не виноваты ни в чем!
— Арвин! — обреченно крикнул драконир.
— Поймите же, манеры у нее не привиты, стыда нет, одна глупость в голове! Ваши
милости, не гневайтесь. Мы ее пригрели, как родную, а она… Не губите!
— Арвин, как разобраться-то?! — громче поинтересовался Скайлар.
Генерал остановился, обернулся к нему. Я же уперлась ладонями в поясницу
мужчины, попыталась приподняться, чтобы живот не болел и меня случайно не
стошнило.
— Как вообще все это назвать? — махнул на нас рукой драконир.
— Бедный мой Коэн! Взял в жены благочестивую девицу, а оказалось… — не желала
замолкать матушка мужа.
— Не знаю, — рявкнул Арвин и снова зашагал к зданию с порталом. — Отмахнись
правом первой ночи. Скажи, что мне захотелось проверить Мевисов на верность.
Придумай что-нибудь, ты языкастый!
Он шагнул в приоткрытую дверь.
— Ваша светлость, отпустите меня! — отчаянно воскликнула я, но это не
подействовало.
— Арвин, сдержал бы пыл, — вздохнул император, догнавший нас, и первым сделал
шаг к порталу, растянутому черными завихрениями на всю стену. Генерал не
стал медлить и тоже переместился в столицу. Едва мы оказались рядом с его
величеством, мужчина задержался на мне взглядом, словно пытаясь что-то
понять для себя, а потом произнес все тем же спокойным тоном: — Не забудь о
Слете. Не теряй голову.
— Не беспокойся, не потеряю.
— Ну да, ну да, — улыбнулся драконир и, на том же месте обернувшись в огромного
темное-бордового дракона, который в моем видение падал камнем, облепленный
тремя озверевшими созданиями… Так это был он?
— Ваше величество, постойте! — крикнула я, но император взмыл в небо, а генерал
встряхнул меня, что чуть внутренности не полезли наружу, и зашагал к
подвесному мосту.
Мы не попали в небольшую комнатку с ищейками, нет. Меня даже не заставили
снимать при других мужчинах платье. Все оказалось куда хуже.
Арвин сразу направился в свой дом. На протяжении всего пути я пыталась
достучаться до него. Возмущалась, говорила вроде бы вразумительные вещи,
обращалась к дракониру, который был глух ко всем словам.
И чем дольше, чем сильнее нарастал мой гнев.
— Отпусти! — я перестала обращаться к этому гаду с почтением. Он бесил до
невозможности. — Ты какой-то варвар, а не благородный драконир. Я вообще не
понимаю, как такого упертого барана сделали генералом. Немедленно отпусти же
меня! А-а-а-а-а!
Он не реагировал. Нес меня твердым шагом. Мои крики терялись в гулких
переходах, мои удары казались комариными укусами. Отчаяние начало подступать
холодной волной. А он не слушал. Он вообще не слышал.
Генерал принес меня в свою комнату. Ту самую, с каменными стенами и огромной
кроватью. Арка-окно была цела, и за ней открывался вид на спокойный город,
залитый мягким светом фонарей и первых звезд. Ни трещин, ни разрушений.
Пока.
Арвин наконец сбросил меня с плеча. Я едва устояла на ногах, отшатнулась к
кровати.
— Ты… — мой голос дрожал. — Вы меня совсем не слышите? Поймите же, я хочу
предупредить. Там будет бойня! Драконы взбесятся, все-все драконы, даже
прирученные, не только дикие! Вы можете погибнуть! Все можете погибнуть! Я
хочу сделать как лучше!
— Драконы подчиняются нам и не пойдут против сильнейших. Это закон природы! —
качнул он головой, надвигаясь. — Забудь уже свои сказки.
Толкнул меня на кровать. Я охнула, подпрыгнула на мягкой перине и сразу начала
отползать.
Мужчина расстегнул камзол. Небрежно отбросил его, глядя на меня с надменной
улыбкой, словно наслаждаясь моим видом, своим превосходством, самой
ситуацией.
— Вы точно варвар!
— А ты — моя добыча, — оскалился Арвин и, не тронув рубашку, устремился ко мне.
Я отползала. Драконир надвигался.
Уже обозначился край кровати. Осталось немного, чтобы скатиться вниз и получить
больше возможностей для маневра, но мужчина опередил. Он схватил за ногу и
резко дернул меня к себе.
Мой крик. Задравшееся платье. Нависающий надо мной генерал.
— Вы всех так тащите в постель?
— Только особенно дерзких! — прорычал Арвин и навалился своей тяжестью,
придавил к перине.
— Прекратите. Вы ужасны! Я не буду с вами спать, и вообще… Пожалуйста, да
услышьте же меня. Сейчас начнется…
— Разрешаю сопротивляться, — прошептал он и наклонился, чтобы поцеловать в шею.
Я попыталась его оттолкнуть. Заворочалась, но мужчина оказался слишком тяжелым,
слишком упертым, слишком каким-то обезумевшим. Таким же, как те драконы,
которые вот-вот полезут из недр ущелья и нападут на людей и дракониров.
— Ты умрешь, — прошептала, запрокинув голову и позволив дальше себя истязать
поцелуями. — Это случится в темной пещере. Ты будешь истекать кровью. А еще
шептать мне «не оглядывайся»… Скажешь, что это игра и она начнется утром, но
ты… не доживешь до утра.
Рука с когтем замерла в дюйме от моей щеки. Драконир пораженно выгнул брови.
— Я говорю правду, — добавила и улыбнулась, потому что удалось-таки достучаться
до мужчины.