— Хорошие песики…
Самый крупный в стае пес чуть наклонил голову и коротко гавкнул. Без явной угрозы, скорее «для порядка»: мол, я тебя вижу, слышу, пока позволяю тут ходить, но берега-то не теряй.
— Давайте сделаем так, песики. Я сейчас заберу с дерева то, что вы тут караулите и мы спокойно разойдемся. А хозяева потом дадут вам свежего мяса, я попрошу. Но потом, договорились. Мы сейчас уходим, а вы потом получаете мясо. Давайте вы от дерева отойдете… вот молодцы, вот умницы. Слезай!
— Я им не верю! — донеслось из ветвей. — Особенно тому справа, с черной мордой.
— Слезай живо! — прошипела я.
После короткой паузы сверху посыпались кора, щепки, сухие ветки… а следом — ухмыляющаяся непонятно чему Клэр в своем всегдашнем кожаном наряде. Прежде, чем она раскрыла рот, я сдёрнула её за спину и начала пятиться, не отрывая взгляд от собак. Два пса остались на месте, трое, глухо ворча, двинулись вперед, но так и не атаковали, позволив нам отступить к толпе сторожей.
— Так она, значит, взаправду на вас работает, мисс Грин? — осведомился угрюмый тип выглядевший постарше прочих. А еще он единственный среди всех сторожей щеголял цепочкой часов на жилете, — Чего тогда лезла посредь ночи?
— Дополнительная проверка от мистера Бенедикта, — соврала я первое, что пришлось в голову, — а вы её прошли, с чем всех и поздравляю.
— А-а, — понимающе кивнул угрюмый, — сказала бы сразу, так мы б и вас дергать не стали… в караулке-то и чай есть и жратва. Ну, чего встали, ротозеи! — развернувшись, прикрикнул он, — по местам, живо. Где одна проверка, там и две, так что глядим в оба.
— Я обещала собакам по куску мяса, — сообщила я, — после дежурства выдайте, помимо обычной кормежки.
— Будьте спокойны, сделаем, — пообещал угрюмый. — У них как раз кормежка будет.
Обратно к зданию мы шли быстрым шагом, но мне хотелось перейти на бег. Ночная прохлада уже воспринималась как вполне ощутимый холод. Бесстыдно норовящий забраться через не прикрытый жилетом верх или ущипнуть за кончики ушей.
— Ты извини, что пришлось, — шепнула Клэр, виновато потупясь, — думала, проскочу, а тут эти.
— Только не говори, что ты настолько любишь животных.
— Что⁈ Нет, будь все по серьезному, я бы им живо глотки вскрыла. Но это ж вроде как свои, в смысле, Марилены. А такой песёль не меньше двадцатки броудов стоит, а то и все тридцать!
— Мой сон, значит, бесплатный…
— Сама сказала, приходить в любое время дня и ночи, — напомнила Клэр. — А днем тут все-таки слишком уж много лишних глаз. И потом, я ж не знала, что тут все на ушах…ой, извини, в смысле, все взбодрились и забегали, словно укушенные. Их чего, впрямь кто-то покусал.