— Интересно…
До стены оставалось не больше двадцати футов, когда стук паровой машины чуть изменил тональность. Пропеллеры начали вращаться быстрее, понемногу отодвигая корму дальше от каменных зубцов.
— Аллан, а скажи, ты знаешь, где этот Старый Шкипер сейчас и чем занимается?
— Вроде бы купил ферму неподалеку, в графстве Нодхельм, — нахмурился лейтенант, — он раньше все говорил, что мечтает на склоне лет заняться пчеловодством. А почему ты спрашиваешь?
— Вспомнила один совет полковника Карда, — улыбнулась я, — и решила ему последовать.
Удерживающие днище тросы снова начали разматываться, но в этот раз — на удивление равномерно и без жутких скрипящих звуков. Я успела порадоваться, затем испугаться, что все идет как-то слишком хорошо… и тут проблемный трос опять заклинил. Остальные продолжали резво разматываться, пока днище не ударилось о камни внизу. Подобного издевательства крепеж груза уже не выдержал и замотанное в брезент нечто съехало с лихо накренившейся платформы. Судя по раздавшемуся при этом треску и лязгу, знакомство с древними камнями замковой кладки для содержимого брезентового свертка также не прошло бесследно.
— Похоже, — все тем же лениво-меланхоличным тоном произнес Аллан, — мы только что получили наш гоночный катер.
В которой Фейри Грин отбирает чужую добычу
Как всем известно, эльфы спят наполовину. Или вообще спят на бегу, а то и прорубаясь через вражеское войско. Не уверена, что легендарный герой в самом деле совершал сей подвиг в состоянии сна, но в хрониках гномов записано именно так.
Моим лучшим достижением пока что числилась дрёма на ходу, неторопливом и по ровной поверхности. Не полноценный сон, в нашем языке это состояние именуется «отступить на шаг». Переход на бег уже требует полной визуальной картины и координации. К тому же, «отступить на шаг» полноценной заменой глубокого сна не является. Так, чуть отдохнуть и снять напряжение, но полноценный сон все равно нужен.
Проблема заключалась в том, что нормально уснуть во дворце я не могла. Сколько не убеждай себя, что здесь даже спокойнее, чем на моей старой квартире или в «Четырех Банках», глубинная часть мозга отказывалась ощущать себя в безопасности. А уж всяких звуков ночью во дворце хватало. Начиная от попискивания мышей, продолжая звоном посуды на кухне — пусть и в другом крыле, но в ночи звук по коридорам разноситься далеко, — и заканчивая чьими-то быстрыми, торопливыми шагами по лестнице… и далее по коридору нашего этажа.
Сунув руку под подушку, я коснулась рукояти «когтя». Пистолет и револьвер для подобного хранения оказались не очень практичны, оставляя масляные пятна даже будучи в кобуре. А вот клинок лежал спокойно и да, пятнадцать дюймов острой стали позволяли чувствовать себя уверенней.