Особенно когда чьи-то шаги замедляются как раз перед входом в твою спальню.
Впрочем, ощущение опасности схлынуло, не успев толком появиться. Даже в дешевых романчиках Марилены злодеи не пытаются стучать в дверь настолько робко.
— Что случилось?
Мужчина, лет 25–27, в форменной куртке с эмблемой Дома Дарнли. Пахнет сырой землей, травой, маслом и металлом от горячего фонаря на поясе, рядом с дубинкой. А еще собаками, хлебом, вареными яйцами, джином… немного, «норму знает», просто греются на ночном дежурстве. Кажется, что случилось, я уже догадываюсь.
— А-а… э-э…
Запоздало сообразив, что в очередной раз позабыла накинуть халат поверх ночной сорочки. Мне-то позволительно путать её с обычным платьем, а для местных она олицетворяет собой нечто ужасное — как же, плечи голые и можно даже очертания тела угадать, при очень большом воображении.
Пришлось изобразить смущение и спрятаться за дверную створку, оставив для беседы лишь голову.
— Так что случилось?
— Там, в парке, — охранник махнул рукой вдоль коридора, — поймали одну, так она говорит, мол, к вам шла. Вы уж простите, что потревожили…
— Зря потревожили, — я зевнула, деликатно прикрыв ладонью рот, — раз поймали, пусть бы до утра сидела, пока проснусь.
— Ну, — смущенно потупился охранник, — мы её не совсем поймали. Только на дерево загнали. Фред попробовал за ней полезть наверх, а она ему как врезала с ноги между глаз, и по пальцам тоже. Вот и выходит, мы и уйти не можем, а стоять у дерева, у нас вся схема дежурства того, порушится. Мистер Айртон и так злой, как… а тут…
— Ладно, — я снова зевнула, на этот раз уже не скрываясь. — Ждите здесь, сейчас оденусь и пойдем.
Одеваться и выходить на холодный ночной воздух не очень хотелось. И это еще у меня нашелся «походный» наряд. Чулки, шерстяные штаны, рубашка, блузка, жилет, пиджак… наряд не самый подходящий для леди, зато его можно надеть сравнительно быстро и в одиночку, без пары служанок. Вот пальто или плащ я прихватить не догадалась, а зря, по ночам на улице уже ощутимо холодает. Хорошо хоть, идти пришлось недалеко.
— Вы осторожней мисс, они чужих…
— Это ж эльфа, — дернул моего провожатого за рукав кто-то из приятелей, — они со зверями договариваться умеют.
Чистая правда, но пока все пять пар бдительно следивших за мной глаз особой договороспособностью не отличались. Красных глаз, потому что в небе сейчас висела лишь красная луна. «Ночная собака егерей», помесь бульдогов с мастифами, два с лишним фута в холке, обученные найти, сбить с ног и не давать подняться. Каждый весит примерно как одна эльфийка.