— У нее было имя!..
Мои глаза затопило море злости и ненависти. А грифон, встрепенувшись, успокаивающе защипал мне спину. Опешивший от удивления Матвей и вздохнуть толком не успел, настолько быстро я его прищучил. А затем я почувствовал, как на плечи грохнулись стальные ручищи подбежавших оттаскивать меня от главного привратника Часовых…
Потом мне рассказали, что двум закованным в силовую броню бойцам с трудом удалось меня успокоить. Для меня же несколько долгих секунд прошли, как в кровавом тумане. Железные воины, схватив меня, думали легко оттащить назад. Не тут-то было! Я, не бросая полузадушенного Матвея, в бессилии скребущего руками по моим предплечьям, умудрился протащить двух металлических исполинов за собой. Ребята тогда еще решили, что у них одновременно начали сдыхать энергокристаллы, раз они не смогли обуздать одного единственного человека.
Затем совместными усилиями мои руки все же оторвали от Матвея, с совершенно дикими глазами беспомощно глядящего на меня. Или же я сам разжал пальцы, не помню… Главное, что никто из этой тройки зла на меня не затаил. А Матвей потом даже извинился, когда понял, что я знал убитую девушку.
Ну и конечно, меня ожидал долгий и обстоятельный разговор с Капитаном Тринадцатой Стражи Ярославом Кречетом.
— Ты, Бестужев, в последнее время просто кладезь крайне сомнительной информации, в достоверность которой никто, кроме меня, и верить не хочет!
Кречет сурово уставился на меня, отвернувшись от постреливающей весёлыми огненными искрами каменной печки, в чей распахнутый зев он только что подкинул березовый чурбачок. В кабинете командующего Корпусом в это ранее холодное утро было тепло и даже уютно. И кажется, никто не собирался устраивать мне очередной грандиозный разнос.
— Я тебя для чего двумя выходными поощрил? По твоей, заметь, просьбе! Хотя теперь-то я понимаю, что у тебя было на уме… Но я-то думал, что ты всего лишь отдохнуть хочешь, да девок потрепать. А, выходит, дотрепался до того, что благодаря твоим стараниям нам буквально на порог подбросили свежий труп, а коллекция Трофима стала богаче еще на одну страховидлу!
Я стоял, ничего не говоря, с крайне насупленным и мрачным видом. Все, что мог, я ему уже рассказал. Нехотя, но рассказал. Капитан, видя, в каком я состоянии, лишь усмехался и негромким голосом продолжал:
— Вот и получается, что ты опять у нас отличился. С одной стороны, проник в гадючье кубло, где тебе вполне могли и глотку перехватить, как твоей мёртвой подружке… А с другой, напал на верный след, ведущий к заказчику твоей головы. И обнаружил совершенно неизвестный нам вид нечисти.