Сначала услышал жужжание силовых приводов и металлический лязг сочленений. Затем, наклоняясь, из-под ворот показались две громадные, закованные в темно-зеленые доспехи фигуры. Один Часовой держал на плече гигантскую, полностью металлическую секиру, второй положил бронированную ладонь на рукоять исполинского меча. Следом вышел одетый в обычный мундир и длинную, до колен кольчугу, привратник. Перевязь с мечом, взведенный пистоль за ремнем, непокрытая голова. Он представился:
— Матвей, старший смены.
Я протянул ему подписанную. Капитаном Стражи бумагу.
Небо начало сереть и наливаться бледным светом, но Часовой не нуждался в дополнительном освещении. Прищурившись, он бегло пробежался глазами по листку и вернул мне. Засунув пальцы за ремень, с любопытством кивнул на лежащий у моих ног замотанный в окровавленный плащ труп ящеро-человека.
— А это еще что за багаж? — привратник потянул носом и невольно сморщился. — Ядрёна кочерыжка… Как же воняет то! И запах какой-то непонятный. Что у тебя там?
— Подарок для Трофима, — усмехнулся я. — Пока гулял по городу, зверушку одну диковинную изловил.
Понимая, что иначе меня не пропустят, я наклонился и, развязав капюшон, чуть отдёрнул пропитанную кровью чёрную ткань с морды покойника. Привратник, только глянув вниз, громко матюгнулся и с удивлением посмотрел на меня.
— Это еще что за образина? Ни разу еще подобной не видывал. Из нечисти, что ли?
— Да хрен его знает, — признался я, запаковывая обратно свой трофей. — Надеюсь, наши чародеи смогут ответить на твой вопрос…
Почёсывая затылок, Матвей дал знак закованным в броню Часовым посторониться и деловито осведомился:
— Помочь, иль сам уже допрёшь?
Видно было, что он и пальцем не хотел притрагиваться к смердящему трупу. Я усмехнулся.
— Я его с самого нижнего города тащил. Уж напоследок как-нибудь донесу.
Я собрался уже поудобнее взяться за свёрток, чтобы снова взвалить на закорки, как вдруг услышал конское ржание, скрип рессор, дробный грохот деревянных колёс по булыжникам улицы. Резко выпрямился и обернулся на источник звука, готовый обнажить клинок. Но мой Родовой зверь не подал и знака… Часовые синхронно повернулись вместе со мной. Железные гиганты стиснули пальцы на рукоятях оружия, беседовавший со мной привратник выхватил пистоль.
Из проулка, скрашенного предрассветным туманным маревом, на сумасшедшей скорости вылетела запряженная двойкой взмыленных коней раздолбанная, обшарпанная карета. На козлах согнулся замотанный в чёрный плащ с нахлобученной шляпой на голове возница. Его лицо до половины скрывала какая-то тряпка. Немилосердно скрипя продавленными рессорами и грохоча колесами, она вывернула на площадь, прямо к нам. Пронеслась в грохоте кузова и ржании лошадей, поравнялась с нами…