— Обычно уходит до десяти попыток. Вы справились с третьей. Вы нам подходите. Пройдёмте в отдел кадров.
Я почти не верю ушам. Всё происходящее как сон. Мама обрадуется, что я смогла доказать свой профессионализм.
Пока оформляют документы, технолог снова подходит:
— Вот ещё несколько макетов. Оцените. Как думаете, справитесь?
Смотрю внимательно. Сложно. Очень мелкая детализация, новые оттенки в середине узора, сложные переходы. Но я уже чувствую, как в голове выстраивается алгоритм.
— Да. Смогу, — отвечаю спокойно, уверенно.
Он улыбается.
— Отлично. Нам такие, как вы, нужны. Оформляйтесь и выходите поскорее. С завтрашнего дня?
Я киваю. Конечно. Я и сама этого хочу.
Кадровик — женщина лет пятидесяти, добрая, разговорчивая. Пока она готовит договор, рассказывает:
— Контракт — на год. Строгий, да. Но и оплата, и премии соответствующие. Только будьте внимательны: подписывая, вы соглашаетесь не разглашать информацию, не работать по специальности три года в пределах города и за его чертой в радиусе двухсот километров в случае увольнения и не программировать для третьих лиц. Штраф — два миллиона рублей и суд.
Я замираю.
— Это… для всех такие условия?
— Нет, только для тех, кто связан с производством. У нас были случаи. Конкуренты скопировали дизайн, выбросили его на рынок с дешёвыми нитками и, как вы понимаете, по низкой цене — и шеф тогда потерял миллионы. Теперь всё под жёстким контролем. Но не переживайте, шеф у нас отличный. Люди за него горой. Он возит дизайнеров на выставки в Европу, а потом создает коллекции для крупных брендов. Полгорода тут работает. Он — человек дела.
Я слушаю, и внутри всё перемешивается. Страх. Восторг. Сомнение. Но главное — уверенность: я справлюсь. Устроюсь. Заработаю. Подниму маму на ноги. Без кредитов. Без чужой помощи.
— Вы первая женщина-программист у нас. Остальные — мужчины. Это показатель, — с улыбкой добавляет кадровик.
Я благодарю её и выхожу из кабинета. Солнце. Лёгкий ветер. Я вдыхаю воздух полной грудью, и в голове одна мысль: «Я это сделала».
Утром следующего дня я стою у ворот производственного цеха. Смотрю на часы — 07:58. Надо быть пунктуальной, особенно в первый день.
И вдруг рядом, словно из ниоткуда, тормозит чёрный внедорожник. До боли знакомая машина.
Сердце замирает. Не может быть…
Из машины выходит Эрик. Уверенный, деловой. В костюме. Улыбается кому-то у проходной. Его впускают внутрь без проверки, почти с поклоном.
Я в шоке. Это галлюцинация? Или он узнал, что я устроилась сюда?
Охранник замечает мое замешательство:
— Простите за задержку, сначала открыли шефу. Проходите.