— А я научилась жить без тебя.
Разворачиваюсь. Иду прочь. Не спеша.
Не потому, что сильная. А потому, что иначе — разорвёт.
Я слышу, как стучат мои каблуки по плитке. Один за другим. Как удары сердца. Как выстрелы.
Я не знаю, дрожат ли у меня пальцы. Не смотрю.
Я просто иду. Сквозь боль. Сквозь прошлое, которое всё ещё цепляется за меня когтями.
И с каждым шагом говорю себе: «Я справилась».
И если он ещё раз попробует разрушить меня, я не просто выстою. Я отвечу.
Хуже, чем тогда, мне уже не будет.
А значит, мне больше нечего терять.
Слышу, как кто-то что-то бросает мне вслед.
Плевать.
Главное — не сорваться. Не выдать, как у меня внутри всё горит, будто ток пустили по венам. Как будто вся кровь закипает, но я держусь. Я должна.
Толкаю дверь в женский туалет — пусто. Замечательно.
Закрываю за собой кабинку, прижимаюсь лбом к холодной плитке.
Дышу. Ровно. Глубоко.
И вдруг меня накрывает. Не плач — нет. Я не позволю себе сломаться. Это злость… она разрывает изнутри.
Какого черта он посмел так говорить? Как он посмел?
Как он, сука, посмел говорить обо мне так, будто я была — обуза, ошибка, груз?
Я — та, кто верил. Та, кто прощал. Та, кто ради него поехала на север, и в мороз стояла торговала на рынке, даже не подозревая, что беременна.
Именно из-за моего желание поддержать его начинания все и произошло! Я как наивная дура поверила его матери, уехала и была ею брошена на краю земли. И теперь я же виновата, что верила, любила, терпела?
А он? Он просто заменил меня. Как будто я — вещь, износившаяся. Как будто меня можно выбросить и купить новую. Стоит теперь там, весь из себя богатенький, с новой девушкой под руку.
А я?
Я — просто старая глава, которую он вырвал, скомкал и выкинул.
Проигравшая?
Да пошёл он!
Я сжимаю кулаки. Ногти врезаются в ладони. Сердце бьётся так, будто хочет вырваться. Но я стою. Не падаю.
Не сегодня, гад. Не на твоих глазах.
Открываю кран. Ледяная вода — как пощёчина. Освежает.
Смотрю в зеркало.
Щёки чуть горят. Губы поджаты, но в них нет дрожи. Только решимость. Только — ярость и сила.
Я — не «бывшая». Я — не вещь, которую забыли. Я — то, что ты никогда больше не получишь.
Вытираю лицо. Наношу помаду. Красную. Как кровь. Как вызов.
Пудра. Румяна. Я снова внешне в форме. Поднимаю подбородок. Выпрямляю спину.
Моё отражение кивает мне. Словно говорит: иди и покажи, кто ты такая.
Я выхожу. Уверенная. Собранная.
И когда я прохожу по залу, ловлю мужской взгляд. Не Эрика. Другой. Чужой мужчина. Тёмные глаза, внимательные. Не жадные — понимающие. Не дерзкие и хищные, а уверенные. Спокойные.