Уиллем вздрогнул, впервые услышав в голосе Песочного человека настоящую, ничем неприкрытую, нечеловеческую теплоту и заботу.
Воплотившаяся из ничего дева на это лишь покрепче сжала ракуйо, со взмахом клинков оставив на своих руках страшные кровавые порезы. Кровь, что потекла с рук женщины, стала силой, что наполнила задрожавшие от потусторонней силы клинки.
То, что увидел Уиллем дальше, тяжело было описать. Несмотря на всё его аномальное «Озарение», мужчина с трудом понимал, что происходило. На первый взгляд он увидел обычный, кровавый поединок двух потусторонних существ, но на самом деле…
— Тебе лучше не смотреть, дорогой клиент, — негромко прошептал Песочный человек. — Ты же не хочешь потом начать видеть ещё больше?
Уиллем опустил голову, закрыв уши, пытаясь не слышать и не видеть происходящего. Хозяин паба, напрочь игнорируя поединок, подошёл к мужчине, дружески похлопав его по плечу.
— Всё уже закончилось… И не только для тебя.
Искусственная Великая взвыла, попытавшись кинуться на Песочного человека, но пронзившие грудь ракуйо не позволили Кормилице достать до цели. Прямо на её глазах покрытая песком сущность подошла к коляске, натянув на лицо улыбку любящего отца.
— Кто это у нас так громко плачет… Ты так долго звал на помощь… Какой упорный мальчик…
Со смехом гордого за собственное дитя родителя песочные руки достали из коляски свёрток, в котором Уиллем никого не увидел. Впрочем, у Песочного человека на этот счёт было совсем другое мнение.
Песочные глаза вспыхнули.
— Мне жаль, что столь прекрасному дитя так и не суждено было появиться на свет, Ярнам…
Детский плач стал лишь сильнее, пространство задрожало, холодный ветер начал беспорядочно проноситься туда и сюда, пытаясь помешать Хозяину из Песка, но всё было бесполезно: слишком далеко две сущности находились друг от друга, не настолько была большая между ними разница, чтобы истинный виновник происходящего смог защитить своё мёртвое бесформенное дитя, ценный маяк.
Хозяин из Песка какое-то время смотрел на бесформенное мёртвое дитя, после чего негромко запел колыбельную.
Уиллем не знал языка, на котором запел его Бог. Но был уверен, что это была колыбельная. Ласковая, полная теплоты и заботы того, кто может подарить столь долгожданный покой и сон.
Сперва дитя не реагировало на колыбельную, но затем Песочный человек начал убаюкивать малыша, продолжая негромко напевать.
Плач становился тише.
Свёрток закопошился, Уиллем готов был поклясться, что нечто потянуло к Хозяину из Песка невидимые руки.