Плач слышен, но дитя не видно…
Кормилица без рук, страж без глаз,
Если сон мой близок к Его сну — приди.
Услышь мой плач…
Уиллем медленно открыл глаза, чувствуя, как в лицо ударил холодный, промораживающий ветер. Бывший рыбак безумно засмеялся.
— Вот и ты… Это ты насылала мне все эти кошмары! Из-за тебя я не мог спать! Из-за тебя и этого проклятого дитя !!!
Его зов оказался услышан. Перед ним возникло существо, напоминающее птицу с огромными чёрными крыльями.
Со странными чёрными наростами, в чёрном одеянии, напоминающем платье, с непроницаемым капюшоном, скрывающим лицо. Тварь, Кормилица, он винил её как бы не больше того, что всё это время издавало ненавистный плач .
Плач, что создавало бесформенное мёртвое дитя в коляске, появившееся вместе со своей вечной Кормилицей, вынужденно ставшей надзирательницей мертвеца.
Смех Уиллема не прекратился даже тогда, когда на месте рук у Кормилицы появились лезвия. Бывший рыбак не обманывался и знал, что был лишь приманкой, мостом между Песочным Господином и его целью.
Всего лишь неудачник, которому не повезло видеть и слышать больше, чем видит и слышит подавляющее большинство разумных существ.
Возможно, ему всё-таки не стоило есть ту рыбу…
Уиллем зажмурил глаза, со спокойствием на душе ожидая собственной смерти, зная, что после неё Песочный человек не оставит его и он погрузится в пабе хозяина в вечный сон, в котором исполнится любая его мечта, но ничего не произошло. Лишь холодный, потусторонний ветер продолжал обжигать лицо.
И песок.
Уиллем вновь рассмеялся, но на этот раз ещё громче и безумнее.
Маленькие частички бесцветного песка кружили вокруг, словно в странном танце. Хозяин паба не оставил его на смерть и не превратил в разменную монету. Букашку, что не стоит и грамма внимания настоящего Бога.
— Ты слишком переоцениваешь моё место в мире и слишком недооцениваешь своё, — с улыбкой произнёс Песочный человек. — Ты хорошо постарался, Уиллем.
Казалось, будто бледный молодой человек всё это время и стоял позади. В скромных, довольно старых, но чистых одеждах, он слабо напоминал могущественную сущность, что была способна противостоять настоящим чудовищам.
Впрочем, какая-то доля правды в этом была.
Ведь Песочный человек не умел драться.
Мир перед глазами поплыл. Рядом с улыбчивым молодым мужчиной возникла молодая женщина в одеждах охотника, сжимающая в руках ракуйо. Всё в ней кричало, что она была создана для боя и желала вступить в него, собираясь отстаивать интересы своего Бога.
— Справишься, Мария?