Она не знала, сколько минуло времени, пока снова не заскрипели двери.
— Выходи, девка, да смотри у меня без баловства, а то враз шею скручу.
Поскольку кроме ночной сорочки на Зарине ничего не было, она снова закуталась в одеяло.
Ее действительно держали в подвале, из которого нужно было подниматься по ступенькам, чтобы попасть в узкий коридор. Через несколько шагов девушку провели в просторную комнату с двумя небольшими окошками. Зарина сразу заметила на них решетки.
— Садись, поешь пока. — Стражник кивнул в сторону стола. — Ночная ваза в том углу. Десять минут у тебя на все дела, потом будут гости.
Он вышел, не забыв запереть за собой дверь.
«Здоровый детина, — отметила пленница. — Такого не всяк сдюжит».
Черкасский лично обучал ее, как совладать в том числе и со здоровяками. Однако этот был начеку, постоянно держался на расстоянии и не сводил цепкого взгляда, словно знал, с кем имеет дело.
Обстановка комнаты была скудной: стол, рядом лавка, пара стульев у окна и большой сундук слева от двери. Девушка устроилась на массивной лавке, упершись спиной в стенку, перекусить было нелишним.
Времени ей действительно дали самую малость. Вскоре дверь отворилась, и в комнату вошел высокий молодой человек. Тот самый, который мастерски сыграл роль раненого тюремщика в Смоленске.
Он взял стул, поставил его с другой стороны стола и уселся напротив девушки.
— Со свиданьицем, дорогуша, — сказал мужчина и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Твой побег из застенков испортил крупную игру серьезных дядь, а потому жива ты до сих пор лишь чудом. И, как ни странно, этим чудом является твой воздыхатель из Крашена. Пока он жив, твоя смерть нам не слишком выгодна. Впрочем, не обольщайся: будешь кочевряжиться, отправишься прямиком в ад, а Даниле мы этого до поры — до времени говорить не будем.
Бивой, как звали вошедшего, едва успел унести ноги из Смоленска. Затея Кочебора заставить одного из высших чинов особого отряда работать на короля Швеции провалилась, поскольку Творимир оказался хитрее завербованных агентов. Он не только сорвался с крючка, но и провел целый ряд стремительных контрходов, вскрывших сеть лазутчиков в столице республики. Уйти успели единицы.
На фоне такого грандиозного провала Кочебору требовался хоть какой-то значимый успех. Когда же ему стали известны последние достижения крашенского боярина, шпион решил заставить Данилу работать на шведов. И тут судьба преподнесла ему царский подарок: мало того, что в комнате, куда удалось пробраться, оказалась та самая беглянка из смоленской тюрьмы, так еще сох по ней нужный человек.