Интересно, что вообще осталось.
— Завтра утром получим судебное решение, — заговорил Громов, словно прочитав мои мысли. — Секретариат уже закрыт, раньше никак. Потом можно будет ехать, вступать во владение. Водоход в девять, будем на месте к вечеру.
— Мы на своем катере, — сообщил я. — Выйдет ещё быстрее.
— Не возражаете, если я поеду с вами? — уточнил юрист. — Нужно проконтролировать передачу имущества. Мало ли какие сюрпризы приготовили наши друзья Лазурины.
— Конечно, места хватит, — кивнул Волнов. — Эти двое меж собой ворковать станут, а мне хоть собеседник будет.
Надя фыркнула, но промолчала. Она была занята булочкой с корицей и выглядела совершенно счастливой. Я поймал себя на мысли, что мне нравится видеть её такой. Расслабленной, без тени тревоги на лице. Такой она бывала редко.
Я потянулся за чашкой кофе. Поднёс к губам, вдохнул аромат.
И замер.
«Данила!»
Голос Капли возник в сознании так резко, что я едва не расплескал кофе.
«Данила! Злые дядька и тётка! Они уезжают! Прямо сейчас!»
Я медленно поставил чашку на блюдце. Постарался, чтобы лицо осталось спокойным.
«Что именно ты видишь, малышка?»
«Капля видит! Капля следила, как Данила просил! Они у пристани, там где большие лодки! Злая тётка командует, а злой дядька сумки таскает! Чуть не упал! Тётка его ругала!»
Картинка была почти комичной. Валентин Лазурин, спотыкающийся под грудами багажа, и Марианна, отчитывающая его как нашкодившего мальчишку. Я бы посмеялся, если бы не понимал, что это значит.
«Они садятся на катер?»
«Да-да! Катер! И ещё люди какие-то помогают грузить! Много сумок!»
— Данила?
Голос Нади вернул меня в реальность. Она смотрела на меня с беспокойством, и я понял, что моё лицо всё-таки меня выдало.
— Лазурины, — сказал я. — Уезжают из города. Прямо сейчас садятся на катер.
Громов замер с чашкой на полпути ко рту.
— Откуда вы…
— У меня свои методы, — пояснил я. — Вы же помните.
Он помнил. Махнул рукой и не стал допытываться.
— Может, испугались? — предположил Волнов. — Решили сбежать, пока их не арестовали?
— Вряд ли, — Громов покачал головой. — Арест им не грозит, наоборот в их интересах дождаться конца процесса. Как известно, за одно и то же преступление дважды судить нельзя. Им выгодно поставить точку здесь и сейчас.
— Может, хотят оспорить решение о наследстве? — спросила Надя. — В столице, в высшей инстанции?
— После того как Марианна сама признала наследника в зале суда? — Громов скептически поджал губы. — Это практически невозможно.
Я слушал их и думал о другом.
Чтобы понять врага, нужно думать как враг. Старое правило, которое работало и тысячу лет назад, и сейчас.