Несколько человек в зале переглянулись. Все знали, что речь идёт о Григории Гриневском, хотя Вязов не назвал его имени.
— Я возглавляю городской совет двадцать лет, — продолжил глава совета. — И впервые за всё это время мне стыдно за одного из его членов. Это пятно на репутации нашего города.
Он снова помолчал, давая словам осесть.
— Но есть и другое. Есть те, кто помог вскрыть эту гниль. Кто не побоялся выступить против преступников, несмотря на опасность. Кто заслуживает нашей благодарности.
Вязов посмотрел прямо на меня.
— Данила Ключевский. Прошу вас подняться на возвышение.
Надя сжала мою руку на мгновение и отпустила. Я встал, прошёл по проходу между рядами, обошёл мозаику с гербом и поднялся по трём ступеням.
Вязов смотрел на меня с искренним уважением.
— Этот молодой человек прибыл в наш город совсем недавно, — сказал он, обращаясь к залу. — Никто не ждал от него ничего особенного. Но именно он раскрыл преступную сеть, которая грабила нас годами. Именно он рисковал жизнью, чтобы остановить пиратов.
Он повернулся к столику рядом с кафедрой и открыл бархатный футляр синего цвета. Внутри лежал серебряный ключ.
Знак был размером с ладонь, из потемневшего от времени серебра. Головка ключа была выполнена в форме герба Трёхречья. К ключу крепилась тонкая серебряная цепочка.
«Блестяшка!» — Капля была в восторге. — «Красивая блестяшка!»
«Тихо, малышка».
«Данила даст Капле поиграть⁈»
— Город Трёхречье открывает перед вами свои двери, — произнёс Вязов. — Мы присваиваем вам звание почётного гражданина. Этот ключ даёт вам право беспошлинной торговли на территории города и бесплатной стоянки в порту.
Он надел цепочку с ключом мне на шею. Ключ был холодным и тяжёлым, и он лёг на грудь поверх костюма.
Зал взорвался аплодисментами.
Я поклонился коротко.
— Благодарю вас. Для меня это честь.
Аплодисменты усилились. Внутри разливалось незнакомое теплое чувство. Когда-то я сам строил города и повелевал ими. Затем стал беглецом, скрывающим собственное имя. И вот теперь нашёлся город, который захотел принять меня в качестве своего.
Вязов поднял руку, и шум стих.
— Но это ещё не всё. Купеческая гильдия Трёхречья также желает выразить свою благодарность.
Из первого ряда поднялся дородный мужчина с золотой цепью на шее, знаком гильдейского старшины.
— Купеческая гильдия преподносит герою денежную награду, — объявил он. — Десять процентов от стоимости возвращённого и конфискованного имущества. Это наша благодарность за разгром пиратской сети, которая грабила нас годами.
Он поднялся на возвышение и передал мне запечатанный конверт с гербом гильдии.