— Должен вас огорчить, господа. Чтобы попасть в Туарсетт, придется потратить еще несколько часов: прямой дороги нет. — Аглишер упивался своим ораторством. — Переберемся через Туару, и нам еще до-олго объезжать гору.
Новость расстроила. Аглишер мог бы сказать и раньше, чтобы успеть свыкнуться с мыслью. Казалось бы, вот они, блага цивилизации, и вдруг выясняется, что на приличное время о них снова можно забыть.
— Зато мы вдоволь налюбуемся Поднебесным храмом: его почти отовсюду хорошо будет видно, — он сделал попытку подсластить пилюлю.
— Тот самый Поднебесный⁈ — Александр встрепенулся.
— Разве их может быть два⁈ Он и есть. Место, куда впервые ступила нога Пятиликого. Отпечаток хорошо виден: он словно вплавлен в камень, вокруг него и храм. К нему паломники отовсюду едут, порой из такого далека, что диву даешься. Вероятно, и Кимрок из него возвращался. Ну не из Нимберланга же?
— Сарр Клименсе!.. — с Александра слетела вся усталость.
— Предлагаете к нему подняться? Вряд ли попасть в него так просто. Лейтенант, просветите.
— Верхом до него не доберешься, и около часа придется идти пешком.
— Сколько времени займет в общей сложности?
— Все три. Назад не меньше, и до Туарсетта порядочно осталось. Так что в город попадем к полуночи.
— Сарр Клименсе, неужели мы такую возможность пропустим⁈ — Александр решил проявить настойчивость. — Побывать здесь и проехать мимо!.. Если не прямо сейчас, то когда⁈
Сарр Штроукк был прав. Сомнительно, что на обратном пути нам захочется задерживаться, а наш визит в Туарсетт недолог. Никакого желания я не испытывал. Мечталось о плотском. Полная до краев ванна, жидкий горячий ужин, мягкая прохладная постель, и в нее не заползут тарантулы. Тем временем, Аглишер разошелся:
— На этот храм могут претендовать сразу три страны — Нимберланг, Моравия и Ландаргия: стык границ. Но дело касается Пятиликого, и потому справедливо, что он остается ничьим: кто может претендовать на Его и все, что с ним связано?
— Везде бы так, — сказал Стаккер. — Все Дома, за исключением Дома Истины, больше напоминают крытые рынки, и купить там можно, что угодно.
— Не понял связи?
— Наверху никто амулетами, снадобьями или предсказаниями не торгует?
— Как можно⁈ — ужаснулся Аглишер.
— А его изображениями?
— Нет-нет!
— И чего тогда непонятного? Что скажете, сарр Клименсе? — Курт потерял к нему интерес.
— Порадуем Александра: не упустим возможности, — я определился с решением. — Еще желающие есть?
Их оказалось немного. Что удивительно, и люди Евдая, все восемь, во главе с ним самим.
— Вам-то зачем? — не утерпел я.— В степях другие боги.