— Вот, каков у нас сокол, Гришенька, сей адмирал. То мнимого Бонапартия хватает за грудки, то бежит от него, аки пятки сверкают. Помилуй бог, и сервиз свой ценный утопил в Березине, бедолажный…
Иван Ильич, сидящий тут же за моими чертежами, прыснул от смеха.
Тем временем войска постепенно умолкали. Гремучая канонада, казавшаяся нескончаемой, стихла. Коляска императора больше не попадалась нам в бинокль. Отдельные выстрелы еще раздавались в сумраке, но и они скоро заглохли. Только Березина продолжала бушевать, глотая обломки мостов, повозки и тела утопших в стремнине. К утру в лагерь стекались донесения. Пленные, дрожащие от холода и усталости, подтверждали, что у французов царит неслыханный разброд. Удино, Виктор, Не́й отрезаны друг от друга, а кавалерия Мюрата разбита генералом Витгенштейном. Артиллерия большей частью утонула. Но, как не странно, имя Наполеона все еще звучало среди них, как заклятие: «Император с нами, император выведет».
Михаил Илларионович слушал рапорты, перебирая бумаги в руках. Рядом стоял прибывший недавно с полками Петр Христианович Витгенштейн, будущий такой же генерал-фельдмаршал, как сейчас мой хозяин. Адмирал Чичагов предпочитал отмалчиваться, потерпев неудачу в пленении мнимого императора. Кутузов иногда задавал короткий вопрос, чаще всего кивал, будто и без того знал ответ. Наконец, велел собрать всех главнокомандующих. Когда все съехались — Милорадович, Дохтуров, Беннигсен, Раевский, Ермолов, хмурый и недовольный Барклай, — Кутузов сказал твердо:
— Господа, Бонапартий спасся. Да, он перешел реку, затаившись на той стороне как лиса в норе. Но, помилуй бог, вы сами видите, что от его великой армии остались лишь клочья. Сегодня мы не пленили его, — бросил забавный взгляд на Чичагова, — зато погубили его силу. Дальше не нам его преследовать, а зима добьет.
Беннигсен, не в силах сдержать раздражение, бросил:
— Но, ваша светлость, упустив его нынче, мы даем ему время собрать остатки сил и обмануть нас вновь!
— Господин генерал, — поднял руку Михаил Илларионович, — в свое время я видел, как австрийцы с нашим государем гнались за ним под Аустерлицем. Чем кончилось, помните? Теперь пусть он бежит. А как побежит на том берегу, мы его и догоним. Платов с Давыдовым уже давно тайком переправили на ту сторону своих казаков. Не знали, господа полководцы? Нет-нет, Михаил Богданович, не стоит на меня так смотреть, что вас не поставили в известность. С божьей помощью и моим повелением Платов с Давыдовым скрытно построили мосты в шести верстах отсюда, и уже заходят конницей в тыл Бонапартию. Это был секретный маневр. Прошу учесть, господа, что о нем знали только мы трое и мой адъютант Довлатов.