Кевин сглотнул и кивнул, понимая тяжесть возложенной на него задачи.
— Я… я постараюсь. Но они не будут меня слушаться, как ее.
— Скажи им, — четко произнес Кассиан, — что их хозяйка отбыла по неотложным делам, связанным с ее исследованиями. Что она доверила им продолжить работу в ее отсутствие. И что Лунная Дача отныне находится под моим личным покровительством. Все счета будут оплачены, все контракты исполнены. Пусть работают.
— Они не поверят, что она ушла, не предупредив, — прошептал Кевин.
— Они должны, — отрезал Кассиан. — Потому что альтернатива — это отчаяние. А она не для того возилась с каждым из вас, чтобы вы сейчас сдались. Передай это Инне. Скажи… скажи, что Элис хочет, чтобы они держались. Чтобы они берегли дело, в которое она вложила душу.
Когда юноша вышел, в кабинете вновь воцарилась тишина, на этот раз более тягостная. Кассиан подошел к столу и смотрел на разложенные карты и артефакты, не видя их.
В Империи царило напряженное затишье. Раскрытый заговор Гильдии ослабил страну, вывернув наизнанку гнилую верхушку, но оставив после себя вакуум власти и паралич в ключевых отраслях. А за восточной границей, за Лазурным Разломом, маячила реальная и все более явственная угроза — армия Альянса Семи Звезд, почуявшая слабину. Война висела в воздухе, густая и неизбежная, как предгрозовая туча.
И Кассиан, разрываясь между долгом и охватившим его чувством вины, понимал: чтобы спасти королевство, ему нужно вернуть Элис. Не только потому, что он не мог смириться с ее потерей. Но потому, что единственный ключ к миру лежал в ее открытиях. Лекарства, способные спасти тысячи жизней в грядущих сражениях, и технологии, ломающие многовековую монополию Гильдии на магию, — все это было разменной картой в большой игре.
Именно поэтому он, скрепя сердце, обратился к Логану. Только мастер артефактов, с его глубинными знаниями о пространственных артефактах и доступом к архивам Гильдии, мог найти способ дотянуться до нее.
Логан сидел неподвижно, глядя на потухший артефакт. Внутри него бушевала война.
С одной стороны верность Гильдии, структуре, что была ему и домом, и тюрьмой, что дала ему знания и одновременно ослепила. Он верил в ее миссию, в прогресс, который она, как он думал, несла. А оказалось, что ее глава, Льюис Тревис, его прямой начальник, затевал не просто переворот. Он планировал хаос. Гражданскую войну в тот самый момент, когда у границ стояла вражеская армия. И в этом хаосе его люди чуть не убили Верховного короля Альянса. Чуть не развязали войну на два фронта из-за собственной жажды власти. Эта мысль вызывала у Логана тошноту. Гильдия, которую он боготворил, оказалась ядовитой змеей, готовой ужалить саму себя лишь бы вцепиться в трон.