Я замолчала, исчерпав себя до конца. Рассказ был обрывистым, путаным, я пропускала целые пласты событий, но суть, я донесла.
— Понятно, — произнесла она, и ее голос прозвучал устало и хрипло. — Либо ты — гений с раздвоением личности и доступом к запрещенным психотропам, способная на лету генерировать фэнтези-эпопею уровня Толкиена… либо ты говоришь правду, — она посмотрела на засахарившийся мед. — И знаешь, что самое дурацкое? Я почти готова поверить во второе. Потому что та Лина, которую я знала, могла бы выдумать теорию относительности, но не стала бы тратить время на сочинение сказки про злую мачеху и хрустальные башмачки.
Она поднялась, прошлась по комнате, ее взгляд скользнул по полкам с книгами, по нашему общему старому фото.
— Но верится с трудом, — призналась она, останавливаясь передо мной. — Ты понимаешь? Ты умерла. Я организовала похороны. Я полгода ходила к психологу, потому что не могла смириться. А теперь ты здесь, в теле Золушки-алхимика. Мой мозг отказывается это переваривать.
— Я могу понять, — тихо сказала я. — Я и сама до сих пор не до конца верю, что все это было.
— А по поводу денег, ты ведь помнишь, что ты оставила мне в наследство своей накопительный счет? Ты завещала его мне, но я… я не могла к нему прикоснуться. Как будто потратив их, я окончательно с тобой попрощаюсь, — она встала и подошла к старому письменному столу, откуда достала папку с документами. — Они все еще там. Плюс набежавшие проценты. Ты помнишь название счета?
Последний вопрос был проверкой, но я не возражала.
— Он назывался «Запас для белки», — выдавила я.
Облегчение, теплое и всепоглощающее, волной накатило на меня. Я закрыла глаза, чувствуя, как дрожь в коленях наконец утихает. Не нужно было воровать, не нужно было искать сомнительные подработки. У меня был фундамент.
— Спасибо, — выдохнула я. — Ты не представляешь…
— И, конечно, — Аня перебила меня, ее взгляд стал жестким и деловым, — тебе нужно переехать сюда, от этих старушек. Этот ситцевый халат тебе совсем не идет. Ты выглядишь как та клуша в начале русских сериалов.
Я не могла не рассмеяться. Это была моя Аня — прямая, резкая и безжалостно честная.
– Ты собираешься остаться тут? — спросила она.
— Я не знаю, — тихо сказала я.
— Ты можешь остаться тут со мной, — проговорила Аня. — Я сделаю документы на тебя и Виктора, найду вам работу… Зачем вам в этот средневековый, жестокий мир?
В ее голосе прозвучала детская обида и страх. Она только что вернула меня и уже боялась снова потерять.
Я посмотрела на нее, на знакомые до боли черты лица, на ее умные, преданные глаза. Мысль о новой разлуке с ней казалась невыносимой. Но там, в Империи, меня ждали дела, начатые с нуля, люди, которые на меня рассчитывали.