Повисла пауза, гнетущая, как могильная плита.
— Когда мама узнала, она обернулась. Когда ты зверь, чувства отходят на задний план. Не так больно.
Он снова замолчал.
— Твоя мама решила не возвращаться? — спросила Эльза.
— Теперь она и не может, — ответил Брун. — Слишком долго была зверем. Наверное, я должен был остаться с ней, но я бросился искать охотника, улики, свидетелей. Ни черта не нашел и потерял и мать тоже.
— Брун, мне так жаль, — прошептала Эльза.
— Так вот, возвращаясь к желанию. — Он вдруг оттолкнулся от края бассейна, через миг очутился возле Эльзы, схватил ее за плечи. — Обещай мне, твердо поклянись, что никогда не… Боже мой, мне даже произнести это сложно… Ты не станешь себя убивать, Эльза. Пообещай мне, — потребовал он, тряхнув ее. — С тобой я снова почувствовал себя неодиноким. Нужным. И ты нужна мне. Я не хочу терять тебя, Эльза. Ни за что. Пообещай!
— Брун, мне больно! — воскликнула Эльза, но он не отпускал ее, сверлил глазами, темными и горячими, как вода источника. — Ладно! Ладно! Обещаю! Я не стану!
Брун порывисто обнял ее, прижав к груди.
— Знаешь, может, даже если ты станешь вампиром, все сложится не так плохо для тебя, — прошептал он, целуя ее макушку. — Будешь ходить в театры, как альфа, слушать музыку, тебе ведь нравится все это возвышенное и прекрасное.
— Знаешь, что меня убивает? — сказала Эльза. — Вампиры перестают испытывать эмоции, теряют способность привязываться, любить… А я не могу даже представить: неужели то, что я чувствую к тебе, просто исчезнет?
— Ох, Эльза… — Он обнял ее сильнее, поцеловал влажную щеку, шею.
— И, кстати, я хочу заниматься с тобой сексом, — добавила она, обнимая его и обвивая ногами талию. — Признайся, ты для этого меня сюда и притащил.
— Такой у меня был коварный план, — улыбнулся он. — Я решил, что если и здесь не выйдет, то все пропало.
Брун достал из холодильника копченый окорок, откусил и прикрыл глаза, блаженствуя.
— Хочешь? — протянул он окорок Эльзе, но она только скривилась. — Я тебе томатный суп разогрею.
— Спасибо. — Она села за стол. — После горячих источников и всего остального горячего я бы подкрепилась.
— Давай я научу тебя плавать, — предложил Брун, выливая суп из консервной банки в тарелку. — Хотя это будет непросто…
— Почему это? — возмутилась Эльза. — Я быстро учусь.
— Непросто для меня, — пояснил Брун. — Ну, знаешь, ты и я, голые, в теплой воде, звезды там всякие…
— Кто бы мог подумать, что ты такой романтик, — улыбнулась Эльза.
— Да я и сам не догадывался…
Он перегнулся через стол и поцеловал ее за ушком, как вдруг в дверь постучали.