— Так вот, отцу всегда казалось несправедливым, что подобная казнь слишком быстро убивает преступников, а потому я бы хотел сделать ему подарок и попросить вас создать для отца растение, которое бы могло использовать тела людей для выкачивания из них жизненной и магической энергии. Мне кажется, что чем дольше продлится мучение преступников, тем счастливее будет мой отец. Я навёл справки через Тамас Ашрам о лучшем специалисте в этой области, и мне порекомендовали обратиться к вам.
Архимаг Линтхаэль расплылся в довольной улыбке. Оказывается, на грубую лесть были падки все, даже архимаги.
— Что ж, вам совершенно верно подсказали, к кому нужно обратиться. У меня есть подобное изобретение, но использовал я его исключительно для собственных целей и ни разу никому не предоставлял — ни за деньги, ни просто так в подарок.
«Набивает цену», — подумалось мне. Однако сам факт того, что архимаг вступил в разговор и бросил кость для начала торгов, уже что-то да значил.
— Если позволите, я бы хотел увидеть, как работает сие чудо гениальной магической мысли. И тогда мы могли бы обсудить, в чём нуждается ваше магичество. Поверьте, богатство — далеко не единственная моя положительная черта, я могу быть весьма щедр, если ваше творение меня заинтересует.
— Ну что ж, пойдёмте, господин?.. — друид намерено запнулся, ожидая моего представления.
— Викрам. Называйте меня господин Викрам, за пределами страны я не имею права пользоваться собственным именем, ибо я есть лишь кровь от крови и плоть от плоти своего отца.
Шестерёнки в мозгу архимага усиленно завращались, пока он вспоминал полное имя раджи Раджпутана. А спустя пять минут мы уже прогуливались по святая святых резиденции Линтхаэля.
Внутри оранжереи было душно и влажно, как в утробе гигантского зверя. Стеклянный купол терялся где-то в темноте, а воздух был настолько тяжёлым от испарений, что, казалось, его можно было резать ножом. Где-то в глубине мерно капала вода — кап… кап… кап… — и каждый звук отдавался глухим эхом среди причудливо изогнутых стволов. Свет артефактов неестественно ярко высвечивал отдельные участки, оставляя остальное в зловещем полумраке, где угадывались шевелящиеся силуэты.
Пришлось пройти вглубь оранжереи, причём чем дальше мы шли, тем отчётливее я ощущал приближение к саркофагу Эсрай. Однако же мы остановились, не дойдя около метров десяти, возможно, пятнадцати, и то, что я увидел, поразило меня. Нет, первая мысль была весьма проста: Линтхаэль был старым больным ублюдком. То, что я видел сейчас, вызывало во мне одно простое желание — попросту снести ему голову прямо сейчас.