— … массовые убийства мирных жителей и выжигание городов в системе Рагва без военной на то необходимости. — закончил судья Эолы и, сложив гармошкой невероятные ноги, присел на место.
Вниманием собравшихся завладел Харген Зури. Среди почтительного безмолвия гостей его непререкаемая властная харизма и зычный голос имели свойство понижать температуру зала на несколько градусов.
— Вселенная не знала ещё тирана более жестокого, чем Эйден риз Эммерхейс, — начал он, промокнув лоб белоснежной салфеткой. — И я бы не давал синтетическому негодяю права защищать себя и свои преступления. Ибо оправданий им нет и быть не может!
Голос Харгена дрогнул на последней фразе, но он собрался с духом и продолжил:
— Но, к моему сожалению, правящие дома настаивают на полном соблюдении процедуры трибунала, и обвиняемому предоставляется слово.
Председатель суда заготовленным жестом отбросил платок, небрежно коснулся панели управления, и Эйден почувствовал, как игла с неприятным жжением покидает горло, втягиваясь в ошейник. Перед тем как начать говорить, андроид выдержал паузу, во время которой не отрывал пристального взгляда от первого советника. Затем в зале зазвучал его баритон, немного хриплый на первых словах после блокиратора голоса, но постепенно набирающий силу:
— Мне действительно нет нужды реабилитировать себя в ходе этой войны. Ни мне, ни кому-либо из флотилии галактики Миу. Все, что прозвучало в обвинении — правда. Но особого, политического рода: полуправда, недоправда и псевдоправда. Иными словами — неизобличаемая ложь. За исключением названий звездных систем и самого факта совершения преступлений, разумеется. Их я охотно прокомментирую.
По залу прокатилась рябь возбуждения, и уголки губ императора дрогнули от удовлетворения, когда он продолжил:
— Девяносто лет назад я получил от содружества планет созвездия Кармин призыв о помощи, в котором говорилось, что вы насильно присоединяете всю их галактику к Альянсу. Глава содружества, боясь прослыть голословным, передал мне свод документов, который, помимо иных доказательств, содержал и медиафайлы… Некоторые из них вы только что имели сомнительное удовольствие видеть на экранах.
Эйден замолчал, так как предвидел рождение волны перешёптываний, среди которых теперь уже ясно слышались возгласы «Ложь!» и «Раздавить имперскую гадину!». От последнего разило уличным плакатом. Но обвиняемый не повысил голос. Стоило ему снова заговорить, и зал умолк.
— Вы не ослышались. Досточтимые главы правящих домов и высочайшая знать Альянса несколько минут назад стали свидетелями того, как со стороны обвинения выступили те, кто ответственен за…