Стервой можно было окрестить любую женщину-энтоморфа, но посол Альда Хокс была особенной в своем роде. Грубовата, безжалостна и угрюма. Подчиненные боялись ее сильнее, чем магнетарной цепи Альянса, а те эзеры, кто не имел несчастия работать под ее началом, предпочитали держаться подальше и произносили ее имя с придыханием. Для особо важных поручений Альда любила использовать Бритца, потому что он не впадал при ней в ступор от страха. Кажется, после одной трагедии он вообще утратил всякую способность волноваться, но сохранил блестящий ум.
— Я только что от Харгена, — посол начала разговор в своей манере, без предисловий. — После отторжения галактики Миу группировки противников Зури по всей Бране устраивают беспорядки. Обычно председатель проводил одну-две показательные казни, и на этом народ успокаивался. Но на этот раз советник дал такую слабину, что планета вот-вот затрещит по швам.
Они с Бритцем неспешно прогуливались рука об руку по длинному коридору, и Кайнорту казалось, что стоит чуть замедлить шаг, как он упадет на ковровую дорожку и уснет. Мысли его еще блуждали где-то на полпути к башне, он никак не мог сосредоточиться на том, что говорила Хокс.
— Больше других выпячивают грудь поселения карминцев. Кармин-то ведь отошел империи, и теперь здешние переселенцы требуют разрешения вернуться на историческую родину!
— Не удивительно. Все девяносто лет, что шла война в этом секторе, Харген подвергал их здесь жесточайшим репрессиям.
— Вот только разрешить им покинуть Альянс никак нельзя. Представляешь, как скоро вслед за карминцами потянутся и другие народы? Империя примет всех, не сомневайся. Всех, кроме нас, разумеется.
Бритц решил не комментировать последние слова Альды и деликатно дожидался, пока она продолжит.
— Так вот. Харген не придумал ничего лучшего, как обвинить карминцев в шпионаже в пользу империи. Якобы из-за них он проиграл войну за сектор. Он просил меня и главу дома Эзеров сфабриковать расследование и подтвердить факт шпионажа. А затем устроить облаву на карминцев, арестовать всех взрослых мужчин и казнить их.
— Гениально.
— Он убивает двух зайцев: оправдывает крупную военную потерю, да к тому же показывает истинное лицо противостояния — дескать, поглядите, кем оказались хваленые повстанцы — шпионами! Мол, они продавали жизни наших солдат имперским захватчикам. Другие группировки, растеряв доверие народа, теперь затихарятся на добрую сотню лет.
Безопасник осторожно подбирал слова, чтобы женщина не подумала, будто он упрекает ее в недальновидности.
— Вы же понимаете, что, помогая советнику в этом заговоре, мы связываем себя с ним кровью карминцев? И будем вынуждены объединиться с Браной в случае раскола Альянса. А он назревает уже много лет. Кроме того, поселение, о котором идет речь, насчитывает сотню так называемых шпионов, а вместе с их семьями там проживает не меньше семисот человек. И они весьма агрессивны. Харген собирается направить туда армию?