В этот момент двое местных парней разразились хохотом по поводу высказанной кем-то шутки из крайне невзыскательной плоскости. Шутка, разумеется, прозвучала на амхарском, но сопровождавшие ее жесты и сальный смех вполне ясно говорили за себя. Впрочем, современная молодежь из России обитала в многоликой этнической обстановке и давно умела интуитивно считывать смысл сказанного на неведомом языке.
Рослая девушка, метнув на гогочущих эфиопов выразительный взгляд, сказала уже громче, будто продолжая какую-то мысль:
— Ну вот, о чем мы и говорим!..
Тут Айвар и сам не удержался от смеха — не потому, что хотел поддержать шутку, а из-за всплывших в памяти слов из романа «Мастер и Маргарита», знакомого еще со школьных годов: ‘ Зрительская масса как будто ничего не заявляла?’ Возможно, другие его реакцию истолковали по-своему. Но именно в этот момент его взгляд встретился с глазами восточной девушки, которая перестала разглядывать поверхность стола и теребить бусины.
Айвар не смутился, так как привык к женскому вниманию, но взгляд этой девушки был особенным из-за странной апатии, застывшей в совсем юных черных глазах. Ее лицо с маленьким, чуть вздернутым носом, высоким лбом, впалыми щеками и крупным ртом напоминало акварельный набросок портрета из строгих и поэтичных штрихов. Грустного портрета, как сразу отметил Айвар. Он видел, что девушке хочется заплакать от раздражения, обиды или усталости, но она из оставшихся сил не позволяет себе этого.
«Уж лучше заплачь» — попытался он донести до нее мысленно. Однако она вновь опустила глаза, и собеседница наконец от нее отмахнулась.
Тут Айвара окликнули, и после того, как он убрал очередную партию грязных подносов и добил свой вечерний сигаретный лимит, выяснилось, что русские туристы стали расходиться. Правда, прекращать веселье они явно не собирались. Однако восточная девушка продолжала сидеть за тем же столиком, только теперь закрыла глаза и уткнулась лицом в локти.
«Уснула, что ли, на нервной почве? — подумал эфиоп. — Почему никто ее не разбудил? Не собираются же они ее тут оставить»
Однако те не предприняли никаких попыток привлечь ее и вскоре двинулись к выходу. Айвар был поражен, так как на его памяти посетители уходили сообща после всяких ссор и стычек, ибо помнили, где находятся. Но поняв, что никто не собирается возвращаться за девушкой, и взглянув на часы — его смена в баре уже подходила к концу, — он решил, что странную гостью необходимо растормошить, и сам направился к ее столику.
Она действительно пребывала в каком-то полузабытье. Айвар решительно сжал и потряс ее за плечо.