– А если не возьмут? – спрашивает она уже мягче. – Мару, там же нейросканирование, психотесты… Это же не наш отдел кадров. Ты хоть представляешь уровень?
Представляю. От этого становится страшно. Но страх за брата – больше.
– Попробовать надо, – говорю я и нажимаю кнопку «Подать заявку». Сердце на секунду замирает. – Это единственный шанс.
Следующий этап это нейросканирование и различные тесты.
Я приехала в Центр межзвездного распределения.
Передо мной не здание. Это монолит из черного полированного камня и светящегося сплава, парящий в центре города. Внутри – тишина, нарушаемая лишь мягким гулом неизвестных технологий, и воздух, пахнущий стерильностью. Здесь нет очередей. Здесь есть тихие залы с прозрачными капсулами, где единицы из миллионов проходят отбор.
Меня проводят в небольшую, белую, как хирургический бокс, комнату. В центре кресло, похожее на стоматологической, и сложная конструкция похожая на шлем..
– Разденьтесь до нижнего белья. Лягте. Не двигайтесь. Мысли должны быть ясными, – говорит техник, женщина с лицом без единой эмоции. Ее зрачки светятся мягким голубым светом – признак кибернетической имплантации.
Я снимаю свой поношенный костюм, чувствуя беззащитной, ложусь, кожа прилипает к холодному материалу кресла.
Шлем опускается на голову. Щелчок, шипящий звук. Темнота.
А потом ощущение…
Ощущение, как будто мой разум осторожно, погружают в ледяную, мерцающую воду. Через меня пропускают потоки данных – символы незнакомых алфавитов, трехмерные схемы звездных систем, голоса на незнакомых языках. Где-то на периферии сознания возникают образы – Костя в больничной палате, мама, плачущая у окна, предательское равнодушие в глазах того, кого я когда-то любила…
Я пытаюсь отгородиться, выстроить стену из юридических параграфов, из теоретических моделей ксенопсихологии.
Я не знаю, сколько это длится. Время теряет смысл. Это пытка тишиной и собственными мыслями под увеличительным стеклом искусственного интеллекта.
Шлем снимается с тем же шипящим звуком. Я лежу, не в силах пошевелиться, ощущая себя вывернутой наизнанку. Техник смотрит на меня теми же голубыми глазами.
– Процедура завершена. Результаты вам будут направлены. Следующая попытка – через один стандартный год.
Она даже не говорит «до свидания».
Я – просто еще один биологический образец, прошедший тест. Я одеваюсь дрожащими руками и выхожу на улицу. Вечерний воздух кажется густым и грязным после стерильности Центра.
Еду домой.
Дома пахнет пирогом. Мама старается, как может. Костя смотрит голографическую передачу про космос, его глаза горят.