Я киваю в ответ.
Алисия уже на трибуне.
– Я – Алисия, – говорит моя прабабушка, и ее голос разносится по залу. – Последняя из правящего рода торвенцев. Я была там, когда даргсы пришли на наши земли. Я видела, как они требовали то, что мы не могли отдать. Я видела, как они угрожали, как обещали защиту в обмен на предательство. Я видела, как они привели гирбидов. Я видела, как флот Дар’Веллов заблокировал пути к бегству – не зная, что творит. Я видела все.
Она поворачивается к столу даргсов. Ее взгляд – как удар хлыста. Я чувствую, как они сжимаются под этим взглядом.
– Вы думали, что убили всех. Вы ошиблись. Я выжила. Моя правнучка выжила. Мои внуки выжили – они живут на других планетах, в других галактиках, не зная о своем происхождении. И сегодня я принесла то, что вы не сможете отрицать.
Она поднимает кристалл. Я протягиваю руку, касаюсь его. Он вспыхивает, и в воздухе разворачиваются картины. Тысячи лет истории торвенцев. Их города, парящие в облаках. Их технологии, работающие на чистом свете. Их дети, играющие в садах, где цветы поют. Их старейшины, хранящие знания в кристаллах, как мы храним дыхание. Их мир. Их жизнь. Их надежда.
А потом – приходят они. Корабли даргсов. Сотни кораблей. Тысячи. Они застилают небо. Взрывы. Крики. Дети, бегущие по улицам, спасаясь от огня. Старики, закрывающие собой храмы, чтобы спасти хотя бы крупицу знаний. Женщины с младенцами на руках, бегущие к спасательным капсулам. Мужчины, пытающиеся задержать врага голыми руками.
– Это не голограмма, – говорит Алисия, и в ее голосе слезы. Она не плачет. Она выше этого. Но я чувствую, как ей больно. – Это запись памяти. Прямое свидетельство того, что произошло. Только тот, в чьих жилах течет кровь торвенцев, может открыть кристалл. Только мы можем засвидетельствовать эту боль. И сегодня я делаю это для всего мира. Пусть все видят, кто вы. Пусть все знают, что вы сделали.
Запись идет. Час. Два. В зале тишина. Даже даргсы молчат. Потому что отрицать невозможно. Их корабли. Их эмблемы. Их голоса, отдающие приказы. Гирбиды, получающие оплату. Флот Дар’Веллов, застывший на орбите, не понимающий, что происходит.
Когда запись заканчивается, Алисия поворачивается к судьям. Ее лицо спокойно. Ее голос тверд.
– Я требую справедливости. Пусть те, кто отдавал приказы, ответят по закону. Пусть те, кто их исполнял, тоже ответят. Пусть те, кто смотрел и молчал, ответят за свое молчание. И пусть имя Конрада Дар’Велла будет очищено. Он был пешкой в чужой игре. Он не знал. Он ошибался. Он заплатил за это жизнью. Но он не был убийцей.