— Айвен?
Оборачиваюсь: Родж! Бежит ко мне, лицо встревоженное.
— Мы обыскались тебя. Думали: убили.
Пытались. Из желающих убить меня стоит очередь. Красномундирники в ней не самые умелые.
— Будешь? — протягиваю ему бутылку. Родж берет и прикладывается к горлышку. Пьет жадно, кадык ходит по горлу вверх-вниз. Возвращает бутылку и вздыхает:
— Оли убит.
Киваю: ожидалось. Потерь в схватке не избежать. Почти не знал сына лесника, но горько…
— Остальные?
— Бад и Диззи ранены, легко.
Этими я займусь.
— Гвардейцы?
— Добили. Ребята озверели. Оли хотел помочь раненому, а тот пырнул стилетом. Парни взялись за палаши…
Правильно сделали, что добили.
— Собираем трофеи. Тут вот что, черр…
Родж смотрит в землю.
— Говори!
— В стульчике Рилли нашли мешок с золотом, большой. Не меньше тысячи крон…
Так вот, значит, отчего съёрд не вставал! Боялся за золото. Среди своих…
— Рилли убил ты, это все видели…
Ясно. Кто убил — того и добыча. А парни золото видели, и оно им понравилось…
— Деньги пересчитать и зачислить в кассу полка. Пойдут на выплату жалованья. Парням выдать двойное, раненым — тройное. У Оли осталась семья?
— Сирота. После смерти отца пришел в полк.
— Его долю — на поминальные службы в храме. Себе возьми… Сколько положено.
Надеюсь, аппетит у Роджа умеренный.
— А вам, черр?
— Мне не нужно.
В глазах Роджа изумление. Отказаться от добычи? Выдерживаю взгляд. Удивление сменяет понимание. Лэнд Айвен — советник королевы. Что ему тысяча крон?
— Что делать с лошадьми?
— Отгоним в полк. Парни могут выбрать себе, каких хотят. Снаряжение и оружие — само собой.
Губы Роджа расплываются. Кони у гвардейцев лучше. Седла, пистолеты, шпаги — тоже. Пусть! Фузилеры явятся в полк, обвешанные дорогим оружием и с золотом в кошельках — живой пример щедрости королевы. После чего нас мигом полюбят. На руках к трону понесут.
— Что делать с убитыми?
— Оли — похоронить, гвардейцев — бросить.
— Они же не гленцы! Свои…
Опять это благородство…
— У нас мало времени. Будем проезжать через селение, скажем простолюдинам. Те закопают.
— Перед этим обдерут трупы до нитки.
— Мертвым не нужно.
Делаю вид, что не заметил осуждающего взгляда. Поднимаю с земли пробку и ударом ладони загоняю ее в горлышко.
— Поторопись, полковник! Мы здесь провозились.
— Слушаюсь, черр!
В глазах Роджа — не разобрать: то ли почтение, то ли восторг. Это с чего? Ах, да, я назвал его полковником…
— За Бетти послали?
Королеву мы оставили с лошадьми под присмотром Мирки. Выделять солдат для охраны я не стал — каждый ствол на счету. Правда, их величество рвались в бой, дескать, умеют стрелять. Пришлось пообещать, что свяжу. Проняло.