Не могу удержаться — провожу пальцами по внутренней стороне груди, едва касаясь, дразня. Руся выдыхает резко, выгибается навстречу прикосновению.
— Мэт… — шепчет, и в этом звуке — мольба, разрешение, приглашение.
Наклоняюсь и целую сначала одну грудь, потом другую — сначала нежно, почти благоговейно, затем чуть сильнее, втягивая сосок в рот. Руся стонет, её пальцы смыкаются на моём затылке, то притягивают ближе, то слегка отталкивают — будто она сама не может решить, чего хочет больше.
— Ты такая красивая, — бормочу, поднимая взгляд.
Она улыбается — чуть дрожаще, но в этой улыбке столько доверия, столько открытости, что внутри всё сжимается.
— И ты… — выдыхает она. — Не останавливайся.
Я снова целую её — глубоко, жадно, одновременно скользя рукой вниз по животу, бёдрам. Пальцы задевают кромку мокрого белья, и Руся резко вдыхает, прижимается ко мне ещё теснее.
— Точно уверена? — уточняю, хотя голос уже хриплый, а самообладание висит на волоске. — Мы можем остановиться. Можем просто полежать, отдышаться…
— Нет, — она качает головой, смотрит прямо в глаза. — Не хочу останавливаться…
Эти слова обрушиваются на меня, как волна. Я больше не сдерживаюсь — одним движением стягиваю с неё остатки белья, одновременно избавляясь от своих мокрых боксеров.
Руся на мгновение замирает, разглядывает меня — и в её взгляде нет ни капли страха или сомнения. Только желание. Жажда. Доверие.
Поцелуями спускаюсь по плоскому животику, ныряю головой между бёдер и накрываю ртом розовые лепестки, влажные от её соков.
Руся резко выдыхает, её пальцы тут же цепляют мои короткие волосы — не толкают, не направляют, а словно ищут опору. Бёдра чуть подрагивают, она пытается податься навстречу, но я мягко удерживаю их руками, продолжая ласкать — то едва касаясь, то углубляя движения, изучая, как отзывается её тело.
Я продолжаю, чувствуя, как она всё сильнее напрягается, как дрожь становится чаще, а стоны — громче. И когда Руся вдруг резко выдыхает и замирает на долю секунды перед тем, как волна наслаждения накрывает её целиком, я наконец поднимаюсь выше, чтобы поймать этот момент глазами.
Её лицо искажено не болью — экстазом. Ресницы трепещут, губы приоткрыты, щёки пылают. Она дрожит всем телом, а я просто любуюсь — впитываю каждую деталь, чтобы навсегда запомнить этот миг.
Через мгновение она приподнимается на локтях, толкает меня в спину, и забирается верхом, властно оглядывая моё лицо.
— Нужно использовать меня, пока я не отошла… — Хрипит, краснея, и спускается вниз.
— Но я не хочу тебя испо… Ооо… — Мой пылающий от желания член оказывается в её неумелых ручках, и через секунду уже проскальзывает между пухлых губок.