Вопрос повис в воздухе. Мария ощутила холод, не от сквозняка, а от осознания, что Манштейн вплотную подошёл к измене. Ей нужно было быть осторожнее.
— Вы говорите о гипотезах, генерал. Опасных. Если фюрера не станет, кто его заменит? Геринг? Гиммлер? Они такие же, как он, как вы намекаете. Система, которую они создали, не терпит компромиссов. Глаза Манштейна забегали, он снова наклонился вперёд, его голос стал тише.
— Вот в чём ловушка. Партия проникла во все уголки Рейха. Убери одного, и машина продолжит работать. Но что, если её можно перенаправить? Если солдаты, а не политики, смогут взять руль в свои руки?
Мария затаила дыхание. Намекает ли он на переворот? Эта мысль вызвала прилив адреналина. Если он серьёзен, это разведданные, за которые Москва заплатит любую цену. Но она не могла давить слишком сильно.
— Солдаты вроде вас, генерал? — спросила она, её тон был лёгким, но испытующим.
Он горько усмехнулся, покачав головой.
— Не считайте меня бунтарём, фройляйн Шварц. Я солдат, а не заговорщик. Но я вижу, куда мы идём — к обрыву. Одержимость фюрера Испанией, Абиссинией, противостоянием со Сталиным растягивает наши силы. Мы не готовы к его войне. И всё же говорить против необдуманных шагов — значит рисковать всем.
Мария мысленно взвешивала его слова. Выпускает ли он пар или ищет союзников? Она решила проверить.
— Вы не одиноки в своих тревогах, генерал. Я слышала, что и другие разделяют ваше мнение. Но слова не меняют мир. Меняют действия. А действия требуют доверия, которого сейчас так мало.
Глаза Манштейна впились в неё.
— Доверие, — повторил он с горькой иронией. — Редкая вещь. Но вы правы. Без него мы ничто. Скажите, фройляйн Шварц, могу ли я вам доверять? Вопрос был с подвохом. Она слегка улыбнулась, удерживая его взгляд.
— Доверие завоёвывается, генерал. Я слушаю, наблюдаю. Я не выбираю сторону без раздумий. Но я понимаю, что на кону, и ценю тех, кто говорит прямо, как вы сегодня.
Он долго смотрел на неё, затем кивнул, словно приняв её уклончивость.
— Справедливо. Вы осторожны, как и должны быть. Но знайте: Рейх на развилке. Путь фюрера ведёт к войне. Если мы хотим выжить, нам нужны такие люди, как вы — с ясной головой, не ослеплённые фанатизмом.
Сердце Марии колотилось сильнее, но она сохранила хладнокровие.
— Я польщена, генерал. Помните, вы упоминали план в Тиргартене. Нашли ли вы его? Манштейн вздохнул, потирая висок, словно отгоняя усталость.
— Пока нет. Клюге давит на Канариса, требуя лучшей разведки, но Абвер обеспокоен. Вицлебен пытается урезонить фюрера, но это как спорить с ураганом. А я? Я стараюсь удержать Вермахт от краха. Испания — это трясина. Если Франко падёт, фюрер удвоит усилия по поддержке фалангистов, и нас затянет ещё глубже.