Хрупкая птичка снова в руках. Такая нежная и молчаливая. Безмолвная и красивая. Я бы хотел с ней настоящего. Да, хотел… Но не могу и не хочу. Точнее, хочу, но в нетрадиционном понимании. Меня все более чем, устраивает. Моя совесть спит, когда приходит час постельного злодеяния. Есть ли раскаяние? Хм… Не знаю. Возможно нет. Я не думал об этом. Те девки тлен и пакость, их серьезно в расчет брать нельзя. Трахая их, я через визуализацию и вербалику трахаю Марго.
Зачем мне это? Хороший вопрос. Месть Марго? Месть миру и… Нет, конечно, нет.
Маргарита у меня есть.
Есть и будет. Это все, что нужно знать и понимать.
Крепче прижимаю идеальное тело. Мягкие густые волосы приятно щекочут лицо. Пахнут так хорошо, так притягательно. Идеально. Насыщаю себя запахом впрок. Не знаю, когда будет желание еще раз вот так, как сегодня, касаться Марго.
Лестница под ногами поскрипывает. Ступеньки исчезают одна за одной. Каждый шаг — мой триумф, мое право.
Охуенно, когда ты можешь все! Ничто и никто не указ. Власть. Деньги. Секс. Все легко достижимо, когда в доступности три составляющих. И если есть на свете бог, то что он мне сделает. Росказни о наказании за грехи оставьте при себе. Грех сладок. Жить праведно скучно и пресно.
— Марго, — ищу ее ушко. Она ежится, от реакции рассыпается по телу дрожь. Это заводит. Ее дрожь — моя музыка. — Ты моя богиня, — с наслаждением рычу. — Ты знаешь меня, как себя. Знаешь, как я хочу и что хочу. Ты идеальная. Позволь сегодня заботиться о тебе.
— Только сегодня? — не поворачивается.
— Я так хочу.
Она возмущенно смотрит в глаза. С явным вызовом отвечаю. По-другому не умею и не желаю.
Хочу заботиться. Какой прекрасный глагол, чтобы утолить жажду. Жажду обладать, подчинять и немного ломать. Её — хочется.
— Хватит, — недовольничает.
В ответ смеюсь, еще крепче прижимаю. Мне нравится, когда вырывается. Все равно присваиваю, заканчивая безуспешные попытки побега.
— Смилуйся, — возбужденно смеюсь.
Ловлю нежную щечку в губы. Размашисто прохожусь языком. Вкусная моя. Вкуснее и лучше тех девок, что приходят в нашу спальню. Они мусор. Средство для траха. Никто. Тело с дырками. Отретушированное, фигуристое, послушное тело с отверстиями, которые можно пользовать как хочешь и когда хочешь.
Деньги… Хрустящие купюры превращают людей в животных. Хотя животные чище.
Эти девки биотуалет. И неважно, что они продаются по самой высокой цене на рынке шкур. Чем выше цена, тем больше возможности драть их, как последнюю падаль.
Жестче всасываю тонкую кожу. Катаю на языке вкус жены.
— Влад, — жестко прижигает по щеке. — Зачем ты играешь в мужа и жену? — прилетает по другой. — Все не так! Я тебе не нужна.