— Ну что, кто полетит первым? — бодро поинтересовалась Кира, окидывая нас полным энтузиазма взглядом. — Света?
Моя племянница с явной опаской покосилась на крутой обрыв, ведущий к бирюзовой воде, и неуверенно выдавила:
— Я… да…
— Отлично! Надевай подвеску, — деловито скомандовала Кира.
Она шагнула к Свете и протянула ей тяжёлую конструкцию, состоящую из сложного переплетения толстых ремней и массивных металлических карабинов.
— А можно я… потом… после дяди Ильи? — Света с явной надеждой посмотрела на меня, нервно переминаясь с ноги на ногу.
— Можно, конечно. Посмотришь со стороны, — легко согласилась Кира. — Илья?
— Давайте попробуем, — сказал я, понимая, что вариантов к отступлению нет.
Девушка опутала меня ремнями, потом встала позади, защёлкнула мощные стальные карабины в мою систему, намертво связывая нас вместе.
— Инструктаж короткий, — её голос зазвучал прямо у меня над ухом, деловито и собранно. — Я командую «пошли» — вы всем весом давите вперёд. Купол поднимется и попытается дёрнуть нас назад. Не сопротивляться, не садиться, просто бежать изо всех сил прямо в пропасть. Понятно?
— Предельно, — ответил я. — Меня лишь смущает предел прочности этих нитей. Они кажутся слишком тонкими.
— Это кевлар, — произнесла у меня за спиной Кира. — Каждая стропа держит двести килограммов на разрыв. Мы скорее гору сдвинем, чем их порвём. Готов? Пойдём!
Я сделал шаг. Воздушный поток ударил в раскрытые сопла нейлонового крыла позади нас. Меня с силой рвануло назад, словно кто-то невидимый схватил за плечи, но я, следуя инструкциям, наклонился вперёд и сделал ещё три быстрых шага по глине.
А потом земля просто ушла из-под ног.
Не было ни чувства падения, ни тошнотворного провала в желудке. Невидимая, но абсолютно плотная субстанция атмосферы подхватила нас. Крыло разрезало встречный поток, создавая идеальную разность давлений. И мы взмыли над бирюзовым озером.
— Можете сесть поудобнее, Илья! И расслабьтесь, не дёргайтесь! — крикнула Кира сквозь свист ветра.
Я откинулся в подвесную систему, которая действительно оказалась удобным креслом. Внизу, на вершине террикона, маленькая фигурка Светы махала нам руками. Вокруг простиралась инопланетная пустошь. Вроде бы чужая. И вроде бы до боли знакомая. Моё Ядро Истины, обычно занятое бесстрастным анализом человеческих пороков, вдруг замерло. Впервые за долгое время гравитация этого чужого мира перестала давить на мои плечи.
Мы плавно, но неумолимо набирали высоту, ловя восходящие термические потоки. В своей прошлой, истинной форме я, разумеется, привык летать. Но то были перемещения на совершенных аппаратах с мощными антигравитационными двигателями. Там безопасность обеспечивалась многоуровневыми системами страховки и безотказными модулями спасения экипажа. А здесь… Поразительный технологический примитивизм! Кусок сшитой ткани и тоненькие ниточки, отдающие наши жизни на милость хаотичных атмосферных течений.