Она бросила акт обратно на стол и повернулась к следователю.
— Товарищ капитан, я официально заявляю: руководство клиники не имеет к этому инциденту ни малейшего отношения. Если здесь имело место хищение, подлог или… — она запнулась, бросив быстрый взгляд на Киру, — иное преступление, это исключительно личная инициатива данного сотрудника. Мы предоставим следствию полный доступ к серверам, записям со всех камер и внутренним журналам. Нам уголовное дело, скандал и отзыв лицензии совершенно не нужны.
Валерий Фёдорович как-то разом обмяк. Он понял, что начальство только что официально выбросило его за борт. Барахтайся мол как можешь.
— Валерий Фёдорович, — процедила директор. — Задам вопрос только один раз. Где животное? И настоятельно советую не лгать, потому что покрывать вас здесь никто не собирается.
Врач затравленно отвёл взгляд в сторону, не решаясь посмотреть в глаза своему разгневанному руководителю.
— Хорошо, — Галина Юрьевна решительно достала из кармана телефон и набрала номер. — Андрей Михайлович? Добрый день. Хотя, какой уж тут добрый… Слушай, от нас вам сегодня материалы передавали на уничтожение. Ага, один пакет, всё верно. Слушай, а сколько он реально весил, можешь узнать? У нас тут по цифрам в документах жёсткая несостыковка.
В кабинете повисла звенящая тишина. Кира затаила дыхание. Капитан Соколов перестал крутить в руках ручку. Было слышно лишь приглушённое бормотание из динамика смартфона.
— Ааа, сам видел? — брови директора поползли вверх. — Так сколько? Килограммов пять-семь, не больше? Всё, спасибо. Да, потом объясню, не по телефону… А скажи, вы его ещё не утилизировали⁈ Погоди! Не сжигайте! Да, мы сейчас прямо с полицией к вам приедем.
Она резко сбросила вызов, с грохотом опустила телефон на столешницу и медленно, угрожающе повернулась к съёжившемуся ветеринару.
— Ну что, Валерий Фёдорович? — обманчиво тихим голосом спросила она. — Куда сервала дел?
— В мешке был кот! — в отчаянии выкрикнул врач, вжимаясь в спинку стула, словно пытаясь слиться с ней в единое целое.
Капитан Соколов хмыкнул, продемонстрировав профессиональный цинизм.
— Кот… да не тот! Так ведь?
Врач затравленно посмотрел на директора, затем перевёл полный паники взгляд на следователя, окончательно осознавая, что его неуклюжая схема только что рухнула, похоронив под обломками и карьеру, и, может быть, свободу.
— Кот в мешке… — потрясённо, словно в бреду, повторил Федотов. Ирония земной поговорки воплотилась в жизнь самым неприятным образом.
Затем он медленно повернул голову к Кире. Лицо девушки в этот момент было белее больничных стен.