Пузатый у бордюра застонал громче.
— Слышали? Ехал назад! Сам признался!
— Слышал, — сказал я. — Ещё услышал слово «выскочил».
Ну, плюс-минус как я и думал — повелись пацаны на женскую красоту.
Стас зло вытер разбитую губу.
— Потом они набежали. Орали, что Пашка сбил человека. Снимали нас. Говорили, что ролик уйдёт отцу, в полицию, в паблики. Я сказал, что отец разберётся, и этот… — он кивнул на лысого, — дал мне.
— Какой дал, ты упал, когда с места ДТП хотел убежать! — бросил лысый.
Марат вступил уже жёстче:
— Ключи они забрали, Роман Михалыч. Пашка вышел, один дверь открыл, второй выдернул ключ. Потом Миранду посадили в машину! Сказали, теперь бэха залог.
Миранда из салона ударила ладонью по панели.
— Я села, чтобы они не сбежали! Человека задавили и сбежать хотели!
— Сидишь удобно? — спросил я.
— Что?
— Салон нравится?
— А что…
— Вот молча и сиди, — перебил я.
Она поджала губы и отвернулась.
Я посмотрел на лысого.
— Три миллиона и машина в залог. Всё правильно понял?
— Правильно, — тот отрывисто затряс башкой. — Человек пострадал.
— Тогда вызываем скорую, — продолжил я.
Пузатый замолчал.
— Потом полицию и администрацию торгового центра. Забираем записи с камер. Вон камера на углу, — я кивнул на видеокамеру на стене торгового центра. — Смотрим десять секунд до падения. Если Пашка человека сбил, пацаны отвечают.
— Конечно сбил!
Вот что мне всегда нравилось в таких развод-бригадах, так это их искренняя вера в то, чтобы было именно так, как они рассказывают. И ведь ни толики сомнений на тему того, кто прав, а кто виноват. Виноватого они находили сразу.
— Но если твой артист прыгнул под машину, отвечаете вы, — проскрежетал я. — За постановку и вымогательство.
Лысый опешил.
— Значит так. Пацаны садятся в машину и уезжают.
Лысый медленно повернулся ко мне.
— Ты, кажется, не понял. Машина никуда не едет.
Двое молодых, которые до этого держались возле пацанов, почти одновременно сдвинулись. Один ушёл мне за левое плечо, второй оказался справа. Это уже была попытка взять меня в коробку.
Федя увидел их и шумно втянул воздух.
— Роман…
Лысый заметил, что я увидел манёвр, и улыбнулся шире.
— Мы по-хорошему хотим. Ты зачем шум поднимаешь?
Молодой справа чуть тронул меня за плечо.
— Мужик, ты поспокойнее…
Я медленно снял его руку с плеча и посмотрел ему в глаза.
— Руки при себе держи.
Миранда в салоне снова завелась:
— Ой, ещё один приехал! Да вы посмотрите, люди добрые, они тут человека покалечили, а теперь своих привели! Богатые совсем совесть потеряли!
Парень с телефоном придвинулся сбоку, ловя меня в кадр. Я посмотрел прямо в камеру и подмигнул, а потом перевёл взгляд на синих.