Двое молодых у него за спиной тотчас напряглись. Один переступил с ноги на ногу, другой с вызовом задрал подбородок, но лезть пока не решался. Они ждали, что скажет лысый.
Парень с телефоном меж тем продолжал снимать. Только теперь он держал камеру чуть ниже, будто сам сомневался, что именно ему выгодно поймать в кадр. Моё лицо? Лысого биг-босса, который растирает руку? Миранду в чужом салоне? Или пузатого, который инвалид — ножка болит?
Миранда, кстати, не сдавалась — высунулась из салона и заверещала на всю парковку:
— Вы видите⁈ Он напал! Он человеку руку выкручивает! Снимай, снимай!
Вообще развод-бригада работала слаженно. А дурной пример был заразителен — пузатый у бордюра тоже решил вернуться «в профессию». Схватился за голень и осторожно застонал.
— Ой, нога… ай, люди… он меня ещё добить хочет…
Я видел, как Федя покосился на него. Кажется, до нашего куратора тоже начало доходить, что больная нога у этого страдальца включалась по расписанию, как полив газона у нас в лагере. Федя стоял сбоку, взвинченный, и от моего взгляда не ушло, как его рука пару раз дёрнулась к карману. Телефон звал его, как родная гавань. Там были понятные кнопки: вызвать ментов и позвонить директору. Но останавливало Федю то, что следом ему придется зафиксировать инцидент, тем самым разрушить всё окончательно и потом писать объяснительную на шесть страниц.
Лысый, взявший театральную паузу, наконец перестал тереть кисть. Он оглядел своих, задержался взглядом на молодых. Подумать ему было о чём. При своих он получил болевой и отступил. Значит, просто отдать ключи и отползти в закат без потери лица он уже не мог. Авторитет — штука хрупкая.
Лысый медленно кивнул, будто принял важное решение.
— Хорошо, мужик. Сейчас старший подъедет. Поговорите нормально.
Надежда на то, что лысый тоже начнёт трясти рукой и рассказывать, что я ему кости сломал, не оправдалась. Видимо, цыган первым понял, что театром абсурда ситуацию не дожать и напугать меня не получится. Не знаю, кого он называл старшим, но мне никакой старший здесь был не нужен. Старший означал ещё одну машину, ещё пару ртов впридачу, которые дадут больше шума и давления. Пока же это была просто разводка на парковке, её можно было раскрутить обратно. А если сюда подтянется дополнительная бригада, тогда начнётся маленькая, но вполне реальная осада возле бэхи.
Значит, второго круга у наших переговоров не будет.
Я вновь проанализировал своё положение.
Камера торгового центра висела на углу серой стены и брала кусок парковки, переднее крыло BMW, часть бордюра и, скорее всего, место, где пузатый устраивал своё падение. Если запись потом не потеряется внезапно, будет подарок.