— Покажи запись, — потребовал я.
Парень с телефоном тут же подсуетился, подбежал ко мне и сунул экран телефона мне чуть не в лицо. На экране мелькнула запись: кусок парковки, резкое движение BMW назад, крик, падающий мужик, Пашка с белым лицом у открытой двери. Снято было ловко: самого прыжка почти не видно, зато страх пацана крупным планом — хоть сейчас в городские паблики.
— Дальше есть? — спросил я.
Парень с телефоном замялся.
— А что дальше?
— До того, как он упал. Секунд десять назад.
— Да там ничего важного!
— Раз ничего важного, покажи.
Лысый, видя, что я настаиваю, тотчас включился.
— Ты следователь, что ли?
— Пока зритель, — ответил я. — Но спектакль слабый, хочу понять, кто режиссёр.
Парень убрал телефон к груди, естественно, что показывать мне он ничего не собирался. Женщина на пассажирском сиденье тут же включилась громче:
— Да что он тут командует! Мы тут пострадавшие! Человека калекой сделали, ещё видео ему подавай!
— Пацанов я тоже послушаю, — сказал я.
Лысый качнул головой, попытался упереться и пошёл в отказ.
— Они уже всё сказали.
— Мне не сказали.
Я повернул голову к синим. Пацаны мялись, ещё не понимали, что происходит. И как будто не до конца для себя определились — наше появление с Федей это хорошо или всё-таки плохо?
— Кто был за рулём? — спросил я.
Пашка медленно поднял голову.
— Я… — нехотя признался он.
Губы у пацана дрогнули, в глазах был страх. Цыгане на самом деле сработали крайне грамотно. Скорее всего, пасли пацанов заранее. По лицам синих было видно без всяких документов, что они несовершеннолетние. Как следствие, машина была оформлена не на них, права, даже если были, не отменяли того, что управлять транспортным средством было запрещено до совершеннолетия.
Как эта развод-бригада вышла на пацанов? Я покосился на женщину, сидящую на пассажирском сиденье. Женщиной я её называть погорячился — на вид ей было лет двадцать пять. Красивая, фигуристая, вся такая из себя. Скорее всего, она и стала приманкой для пацанов… у малолеток посносило крыши и думали они явно не той головой, которой бы следовало думать.
Ну, тут пацанов даже и осудить не за что, кто не был молодым.
— Машина чья? — уточнил я.
Стас выдохнул:
— Отца моего.
— Отец знает, что вы тут на ней?
Троица промолчала.
— Что случилось, рассказывайте, с самого начала, — велел я.
Лысый снова попытался вмешаться.
— Я сказал, они человека сбили!
Я медленно обернулся к нему, смерил взглядом.
— А я сказал, что слушаю пацанов.
Пашка заговорил быстро, сбиваясь:
— Мы приехали похавать. Ну… ещё по парковке проехали пару раз. Потом подошла девчонка. Сказала, у них машина заглохла возле мойки, надо нашу чуть переставить, чтобы проезд открыть. Там старый «Опель» стоял поперёк. Я сел, сдал назад совсем немного. Этот мужик вылетел сбоку и упал. Я его не видел, Роман Михайлович. Я его не трогал! Он сам выскочил! А потом этот лысый приехал с этими двумя…