Мы прошли внутрь. Просторная изба была переоборудована в аппаратную. В центре стоял длинный стол, на котором располагалось то, ради чего мы не спали ночами последние месяцы: передающий ключ, приёмный аппарат с бумажной лентой, массивная батарея вольтовых столбов, тихо пахнущая кислотой, и сложное хитросплетение медных проводов.
Александр Зайцев стоял у приёмника. Он был бледен, на лбу выступила испарина, но руки, лежащие на столе, не дрожали. Студенты, обслуживающие батареи, замерли у стен, словно часовые.
— Итак, Егор Андреевич, — генерал Давыдов оглядел аппаратуру, задержав взгляд на катушках электромагнитов. — Вы утверждаете, что можете отправить приказ в Тулу, находящуюся в шестидесяти верстах отсюда, и получить подтверждение немедленно?
— Именно так, ваше превосходительство, — подтвердил я. — Не с нарочным, не с голубиной почтой, а по проводам. Мгновенно.
Статский советник Корф подошёл к столу, брезгливо тронул пальцем в перчатке медный провод:
— Мгновенно — слово громкое, молодой человек. Даже свету нужно время, чтобы дойти от солнца до земли. А вы говорите о шестидесяти верстах. Сколько времени займёт передача? Час? Два?
— Минуты, — ответил я, глядя ему в глаза.
По залу прошел шепоток. Кто-то хмыкнул. Представители науки — двое профессоров из Москвы, которых тоже пригласили, — переглянулись с сомнением.
— Что ж, — сказал Корф, доставая массивные золотые часы на цепочке. — Давайте проверим. Какое сообщение вы хотите отправить?
— Любое, — я жестом пригласил его к столу. — Продиктуйте. Чтобы не было сомнений в том, что мы заранее договорились с принимающей стороной.
Корф задумался на мгновение, потом усмехнулся тонкой, змеиной улыбкой:
— Хорошо. Пишите: «Гвардия выступает на рассвете. Ждать подтверждения». Фраза военная, точная.
Я кивнул Александру. Тот взял перо, быстро записал фразу на листке, разбивая её на буквы.
— Прошу внимания, господа, — громко сказал я, садясь за передающий ключ. — Сейчас я отправлю это сообщение в Тулу. В здание академии, где сидят ваши коллеги. Там, на приёмной станции, дежурит мой помощник Николай Фёдоров. Он примет сигнал, запишет его и немедленно отправит ответ.
В комнате повисла тишина. Такая плотная, вязкая тишина, что было слышно, как жужжит муха, бьющаяся о стекло. Все взгляды были прикованы к моей руке.
Я положил пальцы на деревянную головку ключа. Глубокий вдох.
Так-так-тааак… Так-тааак…
Стук металла о металл разнёсся по комнате, резкий, ритмичный. Я выбивал буквы, превращая слова статского советника в серию электрических импульсов. Точка, тире, точка…