Они знают. Все знают, что я токсичен. Что работать со мной опасно. Касьян сделал меня изгоем.
Егорка нарушил тишину:
— Мирон, что теперь? Без артели, без Прошки, без сырья, без сбыта… как мы будем работать?
Я не ответил сразу, думая.
Как? У меня нет рабочей силы. У меня нет бондаря. У меня нет сбыта. У меня нет поставок сырья. У меня нет производства. Касьян уничтожил всю цепочку. Полностью.
Я посмотрел на Егорку.
— Не знаю, — ответил я честно. — Но я найду способ, должен быть способ обойти это.
Егорка кивнул, но в его глазах было сомнение.
Он не верит, что я смогу. И я его понимаю.
Когда мы вернулись к Обители, уже стемнело. Двор был пуст, только факелы горели у ворот. Я стоял, глядя на опечатанные коптильни, на пустой двор, на тишину.
Всё, что я построил, разрушено. Логистика, цепочки, контракты, партнёрства — всё исчезло. Касьян выиграл.
Серапион вышел из трапезной, подошёл ко мне.
— Мирон, я слышал, что Прошка отказался работать.
Я кивнул.
— Да, Касьян пригрозил конфисковать его инструмент, если он будет работать на нас.
Серапион вздохнул.
— А артель?
— Распущена, — ответил я. — Касьян пригрозил их отцам лишением права на рыбалку.
Серапион опустил голову.
— Он уничтожил всю цепочку, Мирон, всё, что мы построили, исчезло за один день.
Я кивнул молча.
Да. Всё исчезло.
Серапион посмотрел на меня.
— Что будем делать?
Я посмотрел на коптильни, на печати Волостного двора.
Что делать? У меня нет ответа. Впервые за всё время у меня нет плана.
Я повернулся к Серапиону.
— Не знаю, отец, мне нужно время подумать.
Серапион кивнул.
— Хорошо, но помни, у нас осталось меньше недели до слушания в Волостном дворе. Если мы не найдём выход до этого, мы потеряем всё.
Я кивнул.
— Знаю.
Я пошёл к келье, оставив Серапиона стоять у коптилен.
В келье было темно и холодно. Я зажёг свечу, сел за стол, глядя на бересту с прошением в Волостной двор, которое писал всю прошлую ночь.
Прошение о разрешении на крупный промысел. Но какой смысл в разрешении, если у меня нет ни рабочей силы, ни сырья, ни сбыта? Даже если Волостной двор разрешит мне работать, я не смогу работать. Касьян заблокировал всё.
Я начал рассуждать:
Что заблокировано:
— Сбыт (Тихон отказался, новые купцы отказались) — Рабочая сила (Артель распущена под угрозой).
— Бондарь (Прошка под угрозой конфискации инструмента).
— Сырьё (соль, железо, холсты — контракты аннулированы).
— Производство (коптильни опечатаны).
Что осталось:
— Егорка (единственный человек, кто не бросил).
— Серапион (но он под давлением).
— Деньги (15 рублей серебром, вложенные как соинвестором).