Серапион покачал головой.
— Не знаю, Мирон, Савва Авинов контролирует Волостной двор, все писари, все судьи — его люди, если он решит закрыть нас полностью, мы ничего не сможем сделать.
Я кивнул.
— Значит, нужно найти способ убедить его не закрывать нас.
Серапион посмотрел на меня с удивлением.
— Убедить Савву? Как?
Я задумался.
Как убедить человека, который владеет всем?
Деньгами? У меня нет столько денег, сколько у Саввы.
Силой? У меня нет силы против его стражников.
Влиянием? У меня нет влияния в Волостном дворе.
Что у меня есть?
Память Глеба всплыла — переговоры с регуляторами, способы обойти запреты, найти лазейки.
Лицензия. Разрешение. Формальное право на Крупный Промысел.
Если я получу разрешение Волостного двора на ведение Крупного Промысла, Касьян не сможет меня остановить.
Но как получить разрешение от системы, которую контролирует мой враг?
Я посмотрел на Серапиона.
— Отец, а если мы подадим официальное прошение на разрешение вести Крупный Промысел? Заплатим пошлину, оформим всё по правилам?
Серапион нахмурился.
— Прошение… Это возможно, но пошлина на Крупный Промысел высокая, десять рублей серебром в год плюс десять процентов от всей выручки в казну Волости.
Я кивнул.
— Это приемлемо, у нас есть деньги на пошлину, и десять процентов — это не так страшно, если мы получим право работать законно.
Серапион задумался.
— Но Савва может отказать в прошении, он не обязан давать разрешение.
Я усмехнулся.
— Не обязан, но если мы предложим ему выгоду, от которой он не сможет отказаться, он согласится.
Серапион посмотрел на меня долго.
— Какую выгоду?
Я посмотрел на реку, на дальний берег, где начинался лес.
— Налоги, отец, предсказуемые налоги. Савва контролирует Слободу ради выгоды, если мы докажем, что наш промысел приносит казне больше денег, чем самоуправство Касьяна, он пойдёт на сделку.
Серапион кивнул медленно.
— Это… это может сработать, но нужно время, нужно подготовить прошение, собрать документы, подсчитать цифры.
Я кивнул.
— У нас есть неделя до слушания, этого достаточно.
Я повернулся к коптильням, посмотрел на печати.
Неделя. Семь дней, чтобы перевернуть игру.
Касьян думает, что он выиграл.
Но игра ещё не кончена.
Я посмотрел на Серапиона.
— Отец, я не сдамся, я найду способ обойти эту систему, получить разрешение, вернуть промысел.
Серапион посмотрел на меня с уважением.
— Я верю в тебя, Мирон, но будь осторожен, Савва — это не Касьян, это совсем другой уровень, если ты ошибёшься, он уничтожит не только промысел, но и всю Обитель.
Я кивнул.
— Не ошибусь.
Не могу ошибиться.
Я развернулся и пошёл к келье, где лежали мои записи, расчёты, схемы.