Что было хуже.
Сильно хуже.
Ибо провоцировало излишнюю нервозность как Генуи, так и Венеции… и не только у них…
[1] С 543 года н.э. до 1699 года колонна с конной скульптурой Юстиниана являлась самой высокой в Европе, с поправкой на то, что в 1515 году ее разрушили османы.
Глава 9
1450, апрель, 1. Эдирне (Адрианополь)
Мурад II медленно шел по саду и наслаждался видами цветов.
Щебетали птички.
Из-за поворота появился Чандарлы Халил-паша, резко портя эту идиллию своим кислым выражением лица.
— Доброе утро, повелитель, — поклонился великий визирь.
— Я не хочу, чтобы ты портил мне это утро дурными новостями.
— Слушаюсь и повинуюсь, — снова склонился Халил-паша, замерев в молчании.
— Что-то важное? — тяжело вздохнув, спросил султан, видя, что великий визирь ожидает.
— Да, повелитель. Но если вам не угодно это узнать сейчас, просто скажите, когда мне сообщить вам.
— А чтобы ты предложил сам?
— Дурные новости всегда неприятны. Услышишь утром — испортишь настроение на весь день. Перед обедом — станешь плохо кушать. После обеда — захвораешь животом. Перед сном…
— Ладно! — прервал его Мурад. — Рассказывай, что случилось?
— Константинополь лихорадочно готовится к осаде.
— Что? — пару раз хлопнув глазами, переспросил султан.
— Василевс и его люди прикладывают все усилия к укреплению обороны города. Судя по всему, они считают, что мы решили выступать на осаду и взятие.
— Это точно? — переспросил Мехмед, что в это утро вышел на прогулку с отцом.
— Поначалу я не поверил, подумал, будто нагнетают. Но Лукаса Нотараса уже был в Морее, где он справлялся о том, кто и какие войска может выставить на оборону города. В самом же Константинополе провели перепись пригодных в ополчение, идет суета вокруг цистерн и запасов провианта. Замечена какая-то излишняя активность итальянцев. Сам Константин постоянно осматривает стены и округу перед ними — места возможного расположения войск.
— Из-за чего все это? — нахмурился Мурад.
— Как я смог понять, у Константина есть свои уши и глаза в вашем дворце, повелитель.
— На что ты намекаешь?
— Помните, когда к вам приходили монахи с Афона?
— Да, разумеется.
— И вы потом вызвали управляющих Анатолии и Румелии, судей и главного казначея. Это совокупно выглядит как отдача распоряжений о подготовке к подъему войска. Сразу после визита врагов Константина к вам во дворец. Совсем вскоре после этого они начали суетиться.
Мурад нервно дернул щекой.
— Отец, — подал голос Мехмед. — Может быть, пора проучить этих… — неопределенно махнул рукой наследник. — Этот город давно пора брать.