— Я — не Гера, чтоб кого-то мучить долгами. Всего лишь нужна твоя помощь. Дело для тебя несложное: снова временно принять на хозяйство мое тело. Думаю, этак часа на два-три. Сможешь? — я затянулся табачным дымом, тоже поднялся в дом. Встретившись взглядом с Багрицкий, который стоял в проеме сгоревшей двери в гостиную, сказал ему: — Вы, Лев Львович, как я понимаю, старший здесь над своими. Примерно через час вас всех накормят обедом. Столовая там, — я указал прямо по коридору: — Сегодня в ней хозяйничает Ксения — полненькая, рыженькая такая — любые вопросы по быту и питанию смело решайте с ней. Я ее предупредил. И, прошу, не стесняйтесь. А то я бываю очень занят, невнимателен к людям. В ближайшие часа два-три здесь не появлюсь. Если меня кто-то будет искать, пусть то даже сам Елисей Иванович, я не смогу подойти — буду в магическом трансе, который нельзя прервать. Вы, как опытный маг, понимаете. Поэтому, пожалуйста, все вопросы решайте без меня.
Родерик ответил, лишь когда я подвел его к лестнице на второй этаж:
— Разумеется, смогу, Александр Петрович. Там более, пока лежал в Палатах, многое практиковал от скуки. Полагаю, такой опыт мне дастся гораздо проще, чем прошлый раз и будет мне самому полезен. Можете мне довериться — не подведу. А что такое? — полюбопытствовал он, перестраивая самоходный каркас для ходьбы по лестнице. — Снова божественные дела?
— В этот раз дела куда более приземленные. Месть, князь! — я кивнул в сторону гостиной, которая выгорела дотла. — Чертова месть. Хотя дело не столько в ней, сколько в острой необходимости. Нужно как можно скорее решить вопрос с одним негодяем, пока он не наделал еще больше бед. Если я его не поставлю на место в ближайшее время, то можно ожидать еще каких-нибудь неприятностей.
— Саш, если я тебе не нужна, пойду к Ленской, — сказала Элизабет. Она не слышала мой разговор с Багрицким и Мышкиным, но догадалась, что я веду князя на второй этаж.
— Хорошо, Элиз. Извини, но мне сейчас очень важно решить некоторые вопросы с Родериком, — я намеренно называл при англичанке князя Родериком, как бы подчеркивая, что он — совсем другой человек. Я почувствовал причину перемены настроения Элизабет: конечно, причина была в ее прежних отношениях с Геннадием Дорофеевичем. Эмоциональный заряд в баронессе до сих пор оставался так силен, что она с ним справлялась с трудом. — Боюсь, я не смогу уделить тебе и Ленской время еще часа два-три. Элиз, не скучайте, придумайте себе какое-нибудь развлечение.
— А можно я приготовлю что-нибудь нам всем на ужин? — неожиданно спросила Стрельцова.