— Нам нельзя было допустить её попадания на этот проклятый Волома! Тем более в воду! — с досадой воскликнул Алайн, злясь на себя и на Шейна.
Офицер согласно кивнул, продолжая профессионально рассуждать:
— И плюс ко всему — абсолютное отсутствие иммунного профиля. Её организм не имеет ни одной прививки из обязательного списка Конфедерации. Её иммунная система была практически не защищена перед инопланетной микрофлорой. Учитывая агрессивность среды Волома, я, признаться, удивлён, что она вообще выжила. Это чудо. И, помня о трагедии её народа, я понимаю её инстинктивные попытки скрыться, её недоверие к нам. Видимо, с самого рождения бедняге приходилось скитаться по задворкам галактики.
— Это вы сейчас о чём? — Алайн напрягся, стараясь не выдать внезапного изумления, и осторожно отодвинулся от Улвика.
— О её происхождении, разумеется, — доктор посмотрел на него с лёгким упрёком. — Мы взяли расширенные пробы. Судя по доставленным на борт корабля телам пиратов, выходцев с Шарион, и специфической реакции их тканей на атмосферу Волома, я смею утверждать, что ваша пациентка генетически идентична им. Если она и не была рождена непосредственно на Шарион до катастрофы, то является прямым потомком этой расы, сохранившим чистый генотип. Удивительная находка! Я бы хотел провести более детальное, глубокое исследование её ДНК, чтобы подобрать оптимальный курс терапии и позволить ей скорее окрепнуть.
Торн застыл, чувствуя, как внутри всё обрывается. Шарион?! Раса женщин-фурий, мутировавших от биологического оружия фалатренцев?
Алайн заставил себя натянуть на лицо маску профессиональной заинтересованности, похвалил коллегу за такую оперативную и глубокую работу и, кинув последний, тревожный взгляд на Кристину, постарался как можно естественней и быстрее выскользнуть из медотсека.
Стоило дверям за его спиной закрыться, Алайн сорвался на бег, его ботинки заскользили по гладкому металлическому полу коридора.
— Сап! — гаркнул он, вызывая корранца по коммуникатору. — Капитан уже вернулся на борт? Сап, отвечай! У нас огромные проблемы!
Саппер неожиданно показался из дверей ближайшей каюты и глухо, удивлённо зарычал, когда Алайн на полном ходу налетел на него, врезаясь в широкую, твёрдую, как камень, грудь товарища.
— Что случилось? За нами гонятся? — корранец мягко, но непреклонно отодвинул от себя доктора, наклоняясь и поднимая с пола свои свалившиеся при столкновении очки. Маленькую потёртую книжку в кожаном переплёте, которую пёс читал в каюте, он бережно спрятал во внутренний карман формы.