— Знаю-знаю, — проворчала Кристина. — Пап, я решила переехать жить поближе к универу. Ты же мне предлагал.
— Не надолго же тебя хватило, — иронично констатировал. — Устала с нами жить?
— Нет. Точнее, я переехала к вам, чтобы кое-что понять…
— Что именно? — я был заинтригован.
— Хотела убедиться, что Лейсан тебя любит. Что ты будешь в хороших руках.
— Убедилась? — с усмешкой вздернул бровь. Вот тебе и яйцо учит курицу. Или петуха? Нееет! Петухом я никогда не был.
— Да. И лялька у вас классная, но я немножко ревную, — и нижнюю губу по-детски оттопырила.
— Гриб надула, — и повторил за ней. Так мы в ее детстве играли: у кого больше гриб. — Дочка, вы все моя семья, и я вас люблю. Всех, — обнял ее и повел в дом.
— Пойди, Дану помоги, — попросил ее, — а я посмотрю, как там девчонки наши.
Леся родила три месяца назад. У нашей Ясеньки первый юбилей! Мы с детьми купили торт и мясо — устроим майское барбекю. Нужно только проверить, проснулись ли девочки. Когда уезжали, они обе вырубились.
Я осторожно приоткрыл дверь спальни и заглянул. Лейсан сидела на кровати, подложив пару подушек под спину, и кормила Ясю.
Я всегда говорил, что грудь у моей жены охуенная, и это именно так. Полная, сочная, с острыми пиками сосков, идеальная форма и мой любимый размер. Лесе удалось вспомнить, как любить себя всю целиком и полностью. Поначалу стеснялась, когда садился рядом и смотрел, как наша дочь кушает. Для меня это были минуты сакральной нежности и удивительного единения.
После прочтения дневников Лейсан я еще больше полюбил ее, про восхищение можно и не говорить! И это во многом относилось ко всем, кто дарил жизнь. Это сложный путь и большое чудо, а мы, мужчины и мужья, должны облегчить им жизнь максимально.
Я искренне благодарил первую жену за дочь, пусть наш брак и не удался, но связывало нас главное — ребенок. Наверное, поэтому я нормально относился к прошлому второй жены. Лейсан и Черкесова тоже связывал сын.
— Вы такие красивые, — шепнул, когда Ясенька отпустила сосок и зевнула молочным ротиком. Я с величайшей нежностью коснулся розовой щечки. — Она так похожа на тебя, Лисенок.
— Глаза твои, — тоже шептала. — Плат, а ты кого хотел, мальчика или девочку?
Да, я не смог определиться весь срок беременности, а по УЗИ мы не хотели узнавать, сюрприз. Сейчас у меня был ответ.
— Девочку, конечно! Пацан у нас есть, вон Дан какой молодец!
Лейсан тихо рассмеялась, а потом почему-то заплакала.
— Лесь… — я напрягся. — Лисенок?
— Нет, ничего… Я просто очень люблю тебя. Очень-очень.
— Я тоже люблю вас, — обнял ее, держащую нашу дочь, — очень-очень.