— У нас будет ребенок? — тихо переспросил. Он часто формулировал с «я» на «мы», чтобы обеспечить мне чувства совместности во всем. Да, выбрав женщину с непростой судьбой и кучей разной живности в голове, хочешь-не хочешь, а работать со специалистами по человеческим душам придется. Не ради себя, ради меня.
— Да, — ответила шепотом. Платон осторожно уложил меня на кровать и освободил от одежды. Сначала осторожно положил на живот руку, затем поцеловал его. Такой большой и сильный мужчина, и столько трогательной нежности.
— Спасибо, родная. Спасибо, что дала нам шанс… — лег рядом, целуя висок, скулы, губы. Я улыбалась и была счастлива.
Три года спустя
Платон
— Даян, тебе там как, — посмотрел в зеркало заднего вида, — нормально?
— Нолмально! — и снова занялся большим бургером, картошкой фри и кока-колой.
— Не боишься, что жена заругает? — моя саркастичная совершеннолетняя дочь была похожа на мать, но характер мой — вредный, резкий, но не лишенный обаяния.
— Я люблю, когда меня жена ругает, — ответил с улыбкой. Крис со скрипом приняла мою женитьбу, привыкла, что папка бобыль и по первому звонку мог сорваться к ней, но это быстро прошло: с Лейсан у нее нормально сложилось, привыкла, а Даян вообще не сильно младше ее братьев.
С рождением нашей Яси проснулась ревность. Вроде взрослая, сама невеста почти, а к малышке ревновала. Старалась не показывать, но поступила в Московский ВУЗ. Я предлагал переехать в квартиру, которая еще для ее мамы покупалась, или мой лофт в центре, был уверен, что решила так сбежать из-под материнской опеки, хотела самостоятельности. Но Кристина попросилась жить с нами. Дом был большой, а жена не против.
— Пап, можно тебя, — я загнал машину в гараж и повел детей в дом, но Кристина не зашла.
— Дан, беги на кухню и ставь чайник, — отдал ему коробку пирожных. Он парень самостоятельный, хоть и шесть всего. — Только маме не говори про колу, лады?
Даян приложил палец к губам и хитро улыбнулся.
— Дочь, — положил руку на худенькие плечи, — я люблю тебя, ты же знаешь?
Я не хотел, чтобы она ревновала и чувствовала себя обделенной. Я любил всех своих детей. Кристина взрослая умница, характерная и четкая. Мой первенец! Есения, малышка Яся, прекрасная золотистая девочка, так похожа на мою Лесю. Плод любви. Той самой, настоящей. В этот раз я связал жизнь с женщиной не из-за ответственности и обстоятельств, а потому, что она мой воздух, свежий, сладкий, насыщенный. Дышу и надышаться не могу. Лейсан сложная, самостоятельная, упертая, а еще нежная, трепетная и умела любить. А я сделаю все, чтобы она никогда не пожалела, что снова доверилась мужчине. Даян — сын моей жены, частичка ее — как можно не любить ребенка любимой женщины?! Тем более, парнишка реально молодец. Ладили мы хорошо. Я не его отец и не пытался получить этот статус, но старался, чтобы в его жизни было как можно больше мужиков, которых можно всерьез считать мужчинами с большой буквы.