То, от чего я всячески пыталась убежать, догнало меня и ворвалось в налаженную жизнь, переворачивая ее вверх дном.
Вместо пути самосовершенствования мне придется снова с головой нырнуть в придворные интриги, остерегаться яда, следить за недругами и не доверять никому.
Теплая ладонь Иньшена сжалась на мгновение, будто наг почувствовал мое смятение.
Он ничего не сказал вслух — слишком много глаз сейчас направлены на нас, ловя каждое движение и слово.
Но от его молчаливой поддержки мне стало немного лучше.
Возможно, в Шийлингджи все будет не так уж страшно? Если мой будущий супруг окажется хоть вполовину таким же понимающим и благородным, как его брат, то можно надеяться на его поддержку и благосклонность. А там и недруги поостерегутся связываться с будущей шивон-ни.
Храм возвышался посреди ухоженного дворцового сада. Толпы вокруг не было — лишь слуги создавали иллюзию присутствия.
Видно, что праздник организовывала императрица. Дай ей волю, вообще без украшений и угощений бы обошлись. Переводить еще на меня добро…
*таньюань — небольшие клецки из клейкого риса, обычно с наполнителями, такими как черный кунжут или арахисовая паста. Они часто подаются в сладком супе, но также могут употребляться сухими как перекус.
** фэнгуань означает «корона феникса» и представляет собой один из самых изысканных и символических видов головных уборов в традиционной китайской одежде. Фэнгуань ассоциируется с женским началом, так как феникс традиционно считается женским дополнением к мужскому дракону в китайской мифологии.
Внутри было тихо.
Горели лампады перед многочисленными табличками, создавая таинственную и величественную атмосферу.
Жрец ожидал нас у возвышения рядом с местом упокоения предков.
Откуда-то из темноты появился император и встал по левую руку. Чуть позади него неслышной тенью замерла императрица. Судя по покрасневшим глазам, ей успели объяснить, что нарушения важных церемоний наносят урон в первую очередь ее же репутации.
Место справа занял старший посол Шийлингджи. Родителей Иньшена по понятной причине не было, но кому-то же надо представлять их на свадьбе.
Жрец затянул благословение, невидимый гуцзэн* за стеной подтягивал мелодию отрывисто и надрывно.
Мы опустились на колени на специальные подушки. Вышивка и каменья впились в кожу сквозь слои ткани. Испытание на прочность в супружеской жизни? Терзания и проблемы, так сказать?
Я едва сумела подавить истеричный смешок.
— Поклон первый. Небесам, — важно сообщил священнослужитель, отступая чуть в сторону и открывая ряды табличек.