Альдор бросил косой взгляд на стол молодожёнов.
— Надеюсь, брак с этой женщиной принесёт его величеству больше счастья.
— Уверен, так и будет. Но я хотел поговорить о вашей супруге, милорд Альдор. — Аристид понизил голос так, чтобы его слышал лишь эрцканцлер. — Кажется, вы самовольно вершили над ней суд, не дожидаясь возвращения короля.
Альдор тяжело вздохнул. Вот и вскрылось.
— Она примкнула к мятежникам и стала предательницей короны. Но я не желал ей смерти, — пояснил он. — Батильда ошиблась и выбрала не ту сторону, но я не мог позволить её казнить. На наших руках и без того уже слишком много крови, и я не хочу брать ещё один грех на душу.
Аристид натянуто улыбнулся и отпил вина.
— И поэтому отправили в монастырь? — спросил он. — Но вы же помните, что монастыри запрещены на землях Хайлигланда?
— Не все, — сухо ответил Альдор.
— Не все. Остались лишь те немногие, что живут в точности по заветам Священной книги. И это не монастыри, а, скорее, общины аскетов.
— Именно в такую я и отправил свою супругу.
— Бывшую супругу, — уточнил Аристид. — Впрочем, официального разрешения на развод вы так и не получили.
— Она получила. От Великого наставника Ладария. У меня есть бумаги.
Взгляд монаха стал жёстким.
— Но венчал вас не Ладарий. Решения Эклузума не имеют силы на этой земле, — сказал он.
— И я должен был спрашивать вашего разрешения, так, выходит?
— Это было бы уместно.
— Могу вернуть её обратно и посадить под замок в Ульцфельде, — пожал плечами Альдор. — Однако имейте в виду, что наш брак с Батильдой не был действителен с самого начала. Она была помолвлена с другим человеком, когда Грегор нас поженил. Это считается препятствием для церкви. На любой земле.
— Это было улажено.
Альдор начал терять терпение.
— Брат Аристид, чего вы сейчас от меня хотите? — выпалил он. — Пожурить? Наказать?
— Нет-нет, что вы, — внезапно миролюбиво улыбнулся монах. — Всего лишь хочу знать, где её ребёнок.
Граувер откинулся к стене. Вот оно что.
— Далеко отсюда. Я даже не знаю его имени. — Он понизил голос. — И это не мой ребёнок. Она призналась.
— Догадываюсь. Но чей?
— Не знаю, — солгал Альдор. — Батильда как-то восхищалась красотой молодого конюха. А верхом она ездить любила… Теперь у неё будет много времени для ухода за монастырскими лошадьми.
Он постарался придать лицу непроницаемое выражение. Аристид всё это время оставался для него загадкой, и Граувер не горел желанием с ним откровенничать. Да, он солгал о происхождении ублюдка, но не слукавил в одном: Альдор действительно не знал, как назвали ребёнка. Знал лишь, что родился мальчик. А на кого он там был похож — поди разбери. Все младенцы казались ему одинаковыми.