Ренки не любил факелы с их чадящим запахом, поэтому сформировал рой светящихся конструктов. Забавно, но факт: самих конструктов, кроме чародея, никто не видел, зато свет, исходящий от них, был доступен каждому. Ни Ренки, ни даже его учитель понятия не имели, как так получается, хотя это не мешало пользоваться конструктами в быту.
Солнце уже давно зашло. На улице поднялся холодный ветер, завывая в дымоходе, а небо опять заволокли осточертевшие тучи. Ночевать снаружи было бы крайне неуютно.
За полночь Ренки внезапно проснулся, разбуженный сигналом от одного из своих конструктов. Тот засек ауру постороннего в пределах защитного периметра. Чародей рывком вогнал себя в транс, активируя защиту, и послал наблюдателя по сигналу, чтобы рассмотреть незваного гостя. Так же неожиданно, как появился, сигнал исчез. Наблюдатель-конструкт тоже никого не обнаружил. Все было тихо и спокойно, как и должно.
Ренки отмахнулся от забеспокоившегося охранника, который нес караул, и стал создавать дополнительные исследовательские конструкты, рассылая их по всем помещениям и даже во двор. Прождав минут тридцать и так ничего и не обнаружив, он снова улегся.
Во второй раз он проснулся по тревоге от конструкта, который заметил какое-то движение в соседнем помещении. Тут же сработал другой конструкт, настроенный на обнаружение ауры. Ренки вскочил и ринулся к двери, готовясь встретить нарушителя. Он пока не задавался вопросом, как тому удалось подобраться так близко, не потревожив систему безопасности. Некогда разбираться, все потом. Но не успел он переступить через порог, как сигнал пропал. Выскочив за дверь, чародей ничего не обнаружил. Причем никаких следов ауры на полу не было. Ему сразу все стало ясно. Не сходя с места, он отправил свои конструкты во все стороны максимально далеко от дома в поисках засевшего врага, который дистанционно влияет на его конструкты, вызывая ложные сигналы. Увы, чародей был сильнее, оставаясь вне зоны досягаемости. Сплюнув, Ренки вернулся в кухню.
— Что там? — шепотом спросил часовой.
— Ничего… Где-то засел балагур и теребит меня. Только зачем ему это, ума не приложу.
— Выходит, и дом этот, и мы — под приглядом? — напрягся охранник.
— Выходит, — кивнул чародей.
— Может, наших разбудить?
— А толку?
Разговор увял. Ренки на всякий случай больше не ложился, вслушиваясь в шум ветра и дождя, который все-таки начался.
В покое прошло два часа. Охранник разбудил напарника, рассказал о происшествиях и тут же завалился на еще теплое место. Его сменщик, широко зевнув и хрустнув суставами, отпросился до ветра. На третьем этаже в конце коридора был туалет, так что с вечера компания не озаботилась организацией какой-нибудь тары для нужника. Ренки, сам недавно посетивший эту каморку, прилепившуюся снаружи к стене дома, уже пожалел об этом: через многочисленные щели и дыру в полу сильно сквозило, разбрызгивая струю, так что досталось и штанам, и сапогам. Лучше было бы притащить с первого этажа какое-нибудь ведро или кадку.