Валь Ом бросил на меня короткий, раздраженный взгляд.
— Нет. Моя подготовка сосредоточена на других аспектах. Шпионским уловкам не обучался. — Он фыркнул, и в его голосе прозвучало знакомое презрение воина к «нечестным» методам. — И даже если бы владел, следить за баром пришлось бы все равно тебе. Ты ведь должен как-то оправдать свое нахождение здесь. Так что не отвлекайся и делай свою работу, Ахернар.
Мы просидели в полной тишине около сорока минут. Ночь была холодной, и гравий на крыше казался ледяным даже через подошвы моих ботинок.
Я сидел неподвижно, изображая глубокую концентрацию, позволяя своим «ручейкам» беспорядочно колыхаться вокруг, создавая видимость активного сканирования.
Валь Ом был статуей, его мощная фигура не шелохнулась ни разу, но я чувствовал его нетерпение, исходившее от него почти так же явственно, как и его Поток.
Затем в какой-то момент я резко выдохнул, делая вид, что вышел из транса, и повернулся к нему.
— Двое, — прошептал я, делая свое лицо напряженным и серьезным. — Внутри. Я чувствую их Поток. Слабый, приглушенный, но они там.
Валь Ом тут же насторожился, его взгляд стал острее.
— Я никого не видел. Ни одна живая душа не подходила к этой развалине.
— Они могли подойти не только по улице, — парировал я, качая головой и изображая уверенность профессионала. — Вероятно, в баре есть потайной ход, может быть, из канализации или из соседнего здания. И они наложили на себя Буйство маскировки. Не полную невидимость, но достаточную, чтобы слиться с окружающей средой и приглушить свой энергетический след. Я с трудом уловил рябь Потока.
Я видел, как он переваривает эту информацию. Идея того, что он не почувствовал то, что почувствовал я, явно раздражала его, как все, что пахло обманом и скрытностью, но он не мог ее полностью опровергнуть.
— Предлагаю подождать еще пару минут, — продолжил я, делая вид, что вырабатываю тактику. — Убедиться, что они начали разговор, застать их с поличным. Чтобы у них не было шансов уничтожить улики.
Но Валь Ом, как я и рассчитывал, не выдержал. Его терпение, и без того тонкое, лопнуло. Его лицо исказилось гримасой презрения к самой идее выжидания.
— Ждать нечего, — отрезал он, его голос прозвучал как удар топора. — Если они уже там, значит, они настороже. Каждая секунда дает им шанс почуять неладное и смыться через свои потайные ходы. Нет. Берем сейчас. Пока они не опомнились.
И прежде чем я успел что-либо сказать, он сорвался с места. Его тело, такое массивное, двинулось с пугающей скоростью.
Он рухнул вниз, как камень, а за мгновение до того, как его ноги коснулись земли, от него во все стороны прыснула ударная волна чистой силы. Не огня или света, а сконцентрированного, невероятно плотного Потока, который обрушился на дверь бара.