С печатки на меня смотрел мастерски вырезанный то ли из белого золота, то ли из какого-то минерала, изящный паук. Это при том, что на всех подобных печатках, что я видел, были изображены разнообразные львы.
— Ты получишь титул, соответствующий твоей… уникальности, — продолжил Курт, и в его голосе снова появились нотки того самого опасения. — Отныне ты — Белый Паук.
Еще одна «фишка» титула почетного представителя.
Внутри огромной главной ветви, невероятно ветвистой и запутанной, где из-за долголетия, даруемого Потоком, человек мог быть на пятьдесят лет старше собственного двоюродного дедушки, существовало внутреннее деление на так называемые дома.
Для человека извне, да даже для предствителя побочной ветви, это ничего не значило, так что где-либо кроме самой главной ветви принадлежность человека к тому или иному дому никогда не упоминали. Но Курт, например, принадлежал к дому Яростного Льва, Йораниан — к дому Затаившегося Льва, а Шейзан, как не иронично, с учетом его членства в Теневом Сообществе — к дому Солнечного Льва.
Почетные представители ни в какой дом не входили, а потом им давали отдельный титул для соответствия. Например, Мириа, получив не так давно свой почетный титул, стала официально Мириа иль Регул, Львица Черной Гривы.
А я, соответственно, теперь был Лейран иль Регул, Белый Паук. Забавно.
В зале пронесся шепот. Где-то слева кто-то резко кашлянул — вероятно, подавляя смешок. Справа раздался недовольный вздох.
— Благодарю, старейшина, — сказал я.
В этот момент где-то в задних рядах раздался голос:
— Сколько еще клан Регул будет попирать традиции? — Это был представитель Альдебарана. — Разве может калека…
Он не успел закончить. Воздух перед ним взорвался, и мужчина отшатнулся, закашлявшись и сплюнув на пол кровь.
— Кажется, у кого-то проблемы с речью, — сухо заметил Курт, даже не взглянув на нарушителя. — Есть ли еще желающие вмешаться в церемонию клана Регул?
Тишина. Такую тишину можно было резать ножом и подавать на серебряном блюде.
Я повернулся к собравшимся, чувствуя, как перстень на пальце странно пульсирует в такт сердцебиению.
— Благодарю всех за присутствие, — сказал я, и в голосе моем звучала та самая ядовитая вежливость, которую так ненавидел Архан. — Особенно представителей короны. — Я сделал небольшой поклон в сторону принца Бертранда, замечая, как его пальцы сжали подлокотники кресла. — Уверен, ваш интерес ко мне… исключительно академический.
— Мы всегда интересуемся выдающимися… экспериментами, — ответил он.
Я улыбнулся.
Курт резко кашлянул, давая понять, что церемонию не стоит прерывать мне в том числе.