— Двое из них обучены знакам Ийохали, — шепнул я Чокопицу на прощанье. — Используй их, чтобы записывать пьесу. И актеров путь грамоте учат… Да и сам учись!
— Я умею, мой Бог, — смущенно ответил юный князь, не вдаваясь в подробности.
Но жрецов взял и стремительно умчал на юг. И только теперь я понял, что юный Ейтимитла Третья Рука остался полностью на моем попечении.
«А ведь, действительно, надо заняться детьми!» — подумал вдруг я.
…Сыновья собрались в моем «офисе». Старшие стояли сами по себе: Высокий Орел тоже остался в одиночестве, так как его мать, Звезда, уехала домой, заниматься своими княжескими делами. Я так понял: пока дворец не будет готов, куитлатекскую княгиню сюда можно даже не звать. Только младшенький Коколимель сидел на коленях матери и почти не замечал меня. В кабинете собрались также Вапачиро и Конецинмайла.
— Высокий Орел. Третья Рука. Болючая Стрела, — обратился я к мальчикам. — Вы все — мои сыновья. Не знаю, везение это или нет, но все вы оказались сыновьями Бога. А значит, всех вас ждет высокая судьба. Правителей. Полководцев. Мудрецов. Только это не привилегия, а долг. И к нему надо быть готовым. Поэтому часть каждого вашего дня будет отдана важному. Первый день вы будете проводить со мной — я стану рассказывать вам о сокровенном. Второй день вы будете проводить с могучим Вапачиро — он сделает из вас сильных воинов. Третий день отдан мудрой Ийохали — она обучит вас грамоте. В четвертый день вас примет Конецинмайла. Он расскажет вам об устройстве мира и будет обучать языкам. Слушаться его вы должны, как старшего брата.
Дитя Голода вскинул на меня взгляд.
«Да, мальчик мой, — одними глазами улыбнулся ему я. — Я никогда не назову тебя своим сыном. Но здесь трое детей моих любимых женщин. Один даже мой кровный сын. И ни к кому из них я не питаю таких отеческих чувств, как к тебе. Ты моя гордость. Моя опора».
— Пятый день, — поняв, что пауза затянулась, продолжил я. — Вы будете проводить друг с другом. В играх и развлечениях.
Орел с Рукой переглянулись. Они были почти сверстниками, хотя, Высокий Орел казался старше чуть ли не на год. Но они же такие большие! Что им делать с мелким Коколимелем?
— Вы братья, — это я старшим говорил. — Вы станете друг другу главной опорой в будущем. Помните это!
«Звучит больше пафосно, нежели мудро» — мой внутренний бог был полон скепсиса.
«Знаю, — поморщился я. — На детей такие речи не действуют. Мне ли не знать. Но я расставил точки. А дальше займусь коррекцией. Каждый свой первый день. Да и в другие, по возможности. Мне надо больше времени проводить с ними. Узнать их. Влиять на них исподволь. Надеюсь, у меня будет на это время».